БИТВА ЗА ПРИБАЛТИКУ

.

В конце лета 1944 г. Красная армия начала операцию по освобождению Прибалтики. Поскольку германские войска в этом районе снабжались в основном морем, действия торпедоносцев и топмачтовиков приобрели особое значение.
17 июля два торпедоносца А-20Ж 1-го гмтап производили крейсерские полеты в Балтийском море. Один из них (летчик — капитан Пресняков) в 3 ч. 37 м. в 8 милях западнее маяка Стейнорт (ш. = 57º38'; д. = 20º55') атаковал и, по донесению экипажа, потопил торпедой транспорт противника в 10 000 т, следовавший курсом 190º под охраной двух сторожевых кораблей. По «Справочнику потерь…», эти сведения не вполне достоверны.


Второй «Бостон» в 3 ч. 06 м. в районе порта Пярну был атакован истребителем Me-110, сбросил торпеду на сушу и возвратился на свой аэродром.
18 июля самолет А-20Ж 1-го гмтап (летчик — лейтенант Шишков), вылетевший накануне в крейсерский полет в Балтийское море, в 2 ч. 05 м. в 24 милях севернее маяка Тахкуна атаковал и, по донесению экипажа, потопил торпедой не-приятельский транспорт в 4000 т, шедший курсом 35º под охраной сторожевого корабля. Это был транспорт MFP-498, затонувший в точке с координатами ш. = 59º28'; д. = 22º28'.
К 19 июля 1944 г. в 1-м гмтап состояло 9 торпедоносцев Ил-4 и 13 торпедоносцев А-20Ж. Все они базировались на аэродроме Клопицы под Ленинградом. На том же аэродроме базировался и 51-й мтап, в составе которого было 22 торпедоносца А-20Ж.
20 июля с 9 ч. 02 м. до 11 ч. 25 м. два самолета А-20Ж 51-го мтап под прикрытием четырех Як-9 21-го иап летали на крейсерство в западную часть Финского залива. В 10 милях севернее о. Найссаар они встретили три бомбардировщика противника в сопровождении двух истребителей FW-190, с которыми самолеты прикрытия вступили в бой и сбили оба самолета FW-190. После этого торпедоносцы А-20Ж возвратились с торпедами на свой аэродром.
Еще два А-20Ж 1-го гмтап в сопровождении восьми Як-9 21-го иап с 10 ч. 56 м. до 13 ч. 06 м. крейсировали в том же районе. В 12 ч. 12 м. они без; спешно атаковали сетевой заградитель противника в 6 милях южнее маяка Порккалан Каллбода.
Вторая пара А-20Ж 51-го мтап под прикрытием шести Як-9 21-го иап, вылетевшая в 16 ч. 23 м. для уничтожения кораблей противника в Финском заливе, из-за дождя возвратилась в 19 ч. 48 м. на свой аэродром.
21 июля минно-торпедная авиация с 13 ч. 00 м. до 18 ч. 00 м. производила крейсерские полеты в Финском и Рижском заливах. Двенадцать Як-9 21-го иап прикрывали вылет торпедоносцев и их возвращение. Два торпедоносца 51-го мтап в 15 ч. 00 м. безуспешно атаковали транспорт противника в 5000 т в 12 милях юго-западнее маяка Порккалан Каллбода. Сброшенные торпеды прошли вблизи транспорта. Четыре А-20Ж 51-го мтап в 16 ч. 20 м. атаковали транспорт противника в 5000 т юго-восточнее о. Рухну, но попаданий экипажи не наблюдали.
22 июля четыре торпедоносца А-20Ж 1-го гмтап обнаружили в районе о. Рухну (ш. = 57º38'; д. = 23º 15') танкер противника, шедший курсом 300 со скоростью 8 узлов. Самолеты произвели по нему групповую атаку, но три торпеды прошли за кормой танкера в 5–10 м, а четвертая — в 1–2 м от носа танкера. 10 самолетов Як-9 21-го иап обеспечивали выход и возвращение торпедоносцев.
24 июля с 10 ч. 42 м. до 14 ч. 33 м. два торпедоносца А-20Ж 1-го гмтап производили крейсерские полеты в устье Финского залива, кораблей не обнаружили и вернулись с торпедами на свой аэродром.
Четыре А-20Ж 51-го мтап (два торпедоносца и два топмачтовика) с 13 ч. 25 м. до 17 ч. 16 м. летали на крейсерство в Балтийское море. В 15 ч. 33 м. западнее порта Виндава (ш. = 57º22'; д. = 20º43') самолеты атаковали транспорт противника в 7000 т и два сторожевых корабля, следовавшие курсом 150º со скоростью 5–6 узлов. Транспорт и один сторожевой корабль были потоплены. Экипажи наблюдали полное погружение кораблей в течение 4–5 минут после удара. В «Справочнике потерь…» подтверждается потопление транспорта и уточняется, что, поданным пленных, на транспорте находилось 1200 солдат и офицеров. Однако по поводу потопления сторожевого корабля ничего не говорится.
Во время атаки огнем зенитной артиллерии кораблей противника был сбит один А-20Ж с летчиком Героем Советского Союза капитаном Тихомировым. Вылет и возвращение торпедоносцев из Балтийского моря прикрывали 10 истребителей Як-9.
25 июля с 14 ч. 28 м. до 17 ч. 21 м четыре торпедоносца А-20Ж 51-го мтап крейсировали в Балтийском море под прикрытием восьми Як-9 21-го иап. У полуострова Порккалаудд (ш. = 59º58'; д. = 24º24') в 15 ч. 34 м. самолет А-20Ж атаковал с высоты 15 м и, по донесению экипажа, потопил тральщик противника. По «Справочнику потерь…», эти сведения не вполне достоверны. По финским же данным, одиночный торпедоносец «Бостон» сбросил торпеду в гавани о. Траско у Поркалаудда. Торпеда попала в катер-тральщик «Меркуриус», который был пришвартован к плавбазе тральщиков «Вилппула» (бывший тральщик «Защитник» водоизмещением 240 т, захваченный финнами в 1918 г.). Оба судна затонули{30}.
В тот же день три торпедоносца А-20Ж в 13 милях к югу от маяка Юссарэ безуспешно атаковали два тральщика и два сторожевых корабля противника, шедшие курсом 140º. Во время атаки один А-20Ж был сбит зенитным огнем сторожевого корабля.
26 июля в 8 ч. 27 м. четыре самолета А-20Ж 1-го гмтап безуспешно атаковали торпедами вражеский конвой из трех транспортов, двух сторожевых кораблей и двух тральщиков, шедший в Ирбенском проходе курсом 265º. С 6 ч. 46 м. до 10 ч. 31 м. 12 истребителей Як-9 21-го иап прикрывали в Финском заливе вылет торпедоносцев в Балтийское море и их возвращение.
30 июля нарком ВМФ в ответ на запрос командующего флотом от 29 июля об оставлении на месте 1-го и 51-го минно-торпедных авиационных полков приказал в 2 ч. 20 м. оставить прежний порядок перебазирования 1-го и 51-го минно-торпедных полков на аэродром в районе г. Вильно согласно намеченному плану, согласованному с Генеральным штабом.
2 августа с 1 ч. 28 м. до 6 ч. 05 м. четыре А-20Ж 1-го гмтап поодиночке и парой летали на крейсерство в Балтийское море. Один из них был сбит огнем зенитной артиллерии с кораблей противника в районе Виндавы. С 3 ч. 36 м. до 5 ч. 58 м. восемь Як-9 прикрывали в Финском заливе торпедоносцы, возвращавшиеся с Балтийского моря.
В ночь на 9 августа два самолета А-20Ж 51-го мтап летали на поиск кораблей противника в Финском заливе. Один А-20Ж, не обнаружив противника, вернулся с торпедой на свой аэродром. А второй самолет (летчик — капитан Меркулов) в 1 ч. 05 м. обнаружил неприятельский конвой (два транспорта и сторожевой корабль), шедший курсом 200º в 5 милях северо-западнее мыса Юминда, и атаковал торпедой головной транспорт в 3000 т. От взрыва торпеды транспорт загорелся и стал тонуть. В «Справочнике потерь…» уточняется, что это был транспорт «Эсти Ранд» водоизмещением 10 000, затонувший в точке с координатами ш. = 59º43'; д. = 25º25'.
В тот же день, 9 августа, 13 самолетов А-20Ж 1-го гмтап, из них 11 с торпедами и два с бомбами, под прикрытием 28 ис-требителейЯк-921-гоиапс19 ч. 10 м. до 23 ч. 20 м. крейсировали в Балтийском море. В 21 ч. 00 м. в 20 милях северо-западнее порта Либава самолеты атаковали транспорт противника в 2000 т, шедший курсом 20º. От трех сброшенных торпед транспорт уклонился, а одна ФАБ-250 попала в носовую часть транспорта. Экипажи самолетов потопления корабля не наблюдали.
10 августа с 0 ч. 00 м. до 2 ч. 38 м. два самолета А-20Ж 51-го мтап (один с бомбами, второй с торпедой) производили крейсерские полеты в Финском заливе. Из-за неисправности матчасти А-20Ж с бомбами вернулся, сбросив бомбы на о. Найссаар. Второй самолет, не обнаружив кораблей противника, вернулся с торпедой на свой аэродром.
12 августа четыре самолета А-20Ж1-го гмтап под прикрытием четырех Як-9 21-го иап крейсировали в Балтийском море. В 19 ч. 35 м. в 40 милях западнее порта Мемель они обнаружили неприятельский конвой (транспорт около 5000 т, эсминец, два сторожевых корабля и подводную лодку). Но из-за сильного прикрытия зенитной артиллерией наши самолеты не атаковали конвой.
13 августа четыре самолета А-20Ж1-го гмтап (два с торпедами и два с бомбами) под прикрытием четырех Як-9 21-го иап вылетели в крейсерские полеты в Балтийское море. В13 ч. 25 м. в 18 милях западнее порта Мемель самолеты атаковали транспорт противника в 5000 т, шедший под охраной сторожевого корабля. Торпеда одного из самолетов при ударе об воду переломилась, а торпеда второго самолета попала в сторожевой корабль, который, по донесению экипажей, потонул, но, по «Справочнику потерь…», он потонул «не вполне достоверно».
В 19 ч. 15 м. четыре А-20Ж, вылетев вторично под прикрытием шести Як-9, в 10 милях западнее порта Мемель атаковали транспорт в 6000 т. Торпеда одного самолета при ударе о воду взорвалась, а торпеда второго самолета попала в кормовую часть транспорта, который, по донесению экипажа, затонул. В «Справочнике потерь…» подтверждается потопление транспорта в точке с координатами ш. = 55º30'; д = 20º50', но в западных источниках подтверждения этому нет.
Самолеты прикрытия обнаружили три Ju-88, атаковали и сбили их.
15 августа в 17 ч. 07 м. три самолета А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием шести Як-9 21-го иап безуспешно атаковали транспорт противника в 25 милях северо-западнее порта Либава, сбросив торпеду и две бомбы ФАБ-250.
16 августа два самолета А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием четырех Як-9 21-го иап крейсировали в Балтийском море. В 18 ч. 30 м. в 23 милях западнее порта Либава они атаковали и, по донесению экипажей, потопили транспорт противника в 8000 т, сбросили одну ФАБ-500 и одну ФАБ-250. Однако в «Справочнике потерь…» в этот день не отмечено ни одного потопления или повреждения вражеских судов. На обратном пути самолеты сбросили одну ФАБ-500 и одну ФАБ-250 на склады железнодорожной станции Варга.
20 августа 1944 г. 1-й гвардейский минно-торпедный, 21-й истребительный и 15-й разведывательный авиационные полки передислоцировались с аэродромов Порубанок и Горы Валдай под Ленинградом на аэродром Паневежис в Литву.
21 августа в 5 ч. 25 м. самолет А-20Ж 1-го гмтап (летчик — старший лейтенант Шишков) в 30 милях юго-западнее порта Виндава обнаружил и, по донесению экипажа, потопил торпедой транспорт противника в 5000 т, шедший курсом 230º в составе конвоя из двух транспортов и тральщиков.
В 12 ч. 12 м. четыре А-20Ж 1-го гмтап (ведущий — капитан Пресняков) под прикрытием шести Як-9 21-го иап обнаружили в 40 милях северо-западнее порта Мемель подводную лодку противника в надводном положении, следовавшую курсом 270º в охранении сторожевого корабля, и, по донесению экипажей, потопили ее торпедой, израсходовав торпеду и три ФАБ-250.
В «Справочнике потерь…» за 21 августа ни о какой подводной лодке ничего не говорится, а отмечены только потопления двух транспортов, но донесения эти не вполне достоверны.
22 августа два самолета А-20Ж и один Ил-4 I-го гмтап летали на крейсерство в Балтийское море. В 14 ч. 49 м. в 30 милях юго-западнее порта Мемель самолет А-20Ж (летчик — лейтенант Корабасов) обнаружил и, по донесению экипажа, потопил подводную лодку противника, которая шла концевой в составе конвоя из транспорта, двух сторожевых кораблей и трех подводных лодок. От попадания торпеды подводная лодка переломилась на две части и затонула.
В нашем «Справочнике потерь…» указано, что в этот день в точке с координатами ш. = 55º22'; д. = 20º33' германская подводная лодка U-1000 серии VIIC водоизмещением 1500 т. была только повреждена торпедой. Эрих Грёнер в своем справочнике указывает, что лодка U -1000 подорвалась на британской магнитной мине 25 августа 1944 г.
В тот же день, 22 августа, в 15 ч. 00 м. в 20 милях юго-западнее порта Мемель другой А-20Ж (летчик — майор Кузнецов) обнаружил и, по донесению экипажа, потопил торпедой транспорт противника в 6000 т, шедший курсом 80º без охранения. По «Справочнику потерь…», эти сведения не вполне достоверны.
Самолет Ил-4 1-го гмтап, не встретив противника, из-за неблагоприятных метеоусловий вернулся с торпедой на свой аэродром.
23 августа в 11 ч. 51 м. четыре самолета А-20Ж 1-го гмтап в Балтийском море безуспешно атаковали транспорт противника в 35 милях северо-западнее порта Либава. Один А-20Ж был сбит малокалиберной зенитной артиллерией противника.
24 августа авиация Балтийского флота производила крейсерские полеты в Балтийском море. В 5 ч. 20 м. самолет Ил-4 1-го гмтап (летчик — капитан Шаманов), по донесению экипажа, в 26 милях юго-западнее порта Либава атаковал и потопил торпедой транспорт противника в 3000 т, шедший головным в составе конвоя (два транспорта) курсом 15º.
В 5 ч. 22 м. самолет Ил-4 1-го гмтап (летчик — старший лейтенант Николенко), по донесению экипажа, в 60 милях западнее порта Мемель атаковал и потопил торпедой транспорт противника в 6000 т, шедший концевым в составе конвоя (два транспорта и два сторожевых корабля) курсом 360º.
В 10 ч. 21 м. пять А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием шести Як-9 21-го иап безуспешно атаковали неприятельский транспорт в 4000 т в 25 милях западнее порта Либава. В районе атаки наши самолеты сбили германский Не-126.
Четыре А-20Ж 1-го гмтап, следуя к Балтийскому морю, попали на территории противника в зону зенитного артиллерийского огня и, сбросив торпеды, вернулись на свой аэродром.
В 18 ч. 22 м. пять А-20Ж 1-го гмтап (ведущий — капитан Смольков) под прикрытием десяти Як-9 21-го иап в 28 милях западнее порта Виндава атаковали конвой противника в составе трех транспортов и четырех сторожевых кораблей. По донесению экипажей, был потоплен транспорт в 10 000 т и нанесено повреждение второму транспорту в 8000 т. Самолеты прикрытия вели бой с шестью немецкими FW-190 и сбили один из них, потеряв при этом один Як-9.
В «Справочнике потерь…» все потопления и повреждения вражеских судов 24 августа 1944 г. оценены как не вполне достоверные.
25 августа в 5 ч. 20 м. самолет Ил-4 1-го гмтап безуспешно атаковал торпедой неприятельский транспорт в 2500 т в 40 милях западнее порта Мемель. Второй Ил-4 из крейсерского полета по неизвестной причине не вернулся.
27 августа семь самолетов А-20Ж 1-го гмтап (ведущий — капитан Смольков) под прикрытием девяти Як-9 21-го иап в 17 ч. 08 м. в 26 милях северо-западнее порта Либава атаковали конвой противника в составе двух транспортов, двух сторожевых кораблей и трех подводных лодок, шедших курсом 160º. По донесению экипажей, был потоплен торпедой транспорт в 1200 т, прямыми попаданиями бомб потоплены две подводные лодки и зажжен сторожевой корабль.

В «Справочнике потерь…» донесения о потоплении транспорта и повреждении сторожевого корабля расцениваются как не вполне достоверные, а о потоплении двух подводных лодок в этот день даже не упоминается. Однако эта атака вошла в классику и подробно описана в книге «Авиация ВМФ в Великой Отечественной войне». Правда, там говорится о потоплении транспорта и только одной подводной лодки: «Обнаружив конвой в заданном районе, группы вышли в точку боевого развертывания и по заранее отработанной схеме атаковали конвой с двух направлений. Ведущий торпедоносец первой группы, оказавшись на выгодном курсовом угле, атаковал и потопил головной транспорт конвоя (12 000 т). Ведущий торпедоносец второй группы атаковал и потопил подводную лодку»{31}.
В районе местонахождения конвоя (ш. = 56º 18'; д. = 20º22') наши самолеты были атакованы четырьмя FW-190, в воздушном бою был сбит один «Бостон».
В тот же вечер, в 20 ч. 20 м., два самолета Ил-4 1-го гмтап под прикрытием шести Як-9 21-го иап безуспешно атаковали торпедами вражеский транспорт в 4000 т в 37 милях юго-восточнее маяка Хоборг. На маршруте самолеты прикрытия вели бой с восемью германскими самолетами FW-190 и сбили один из них, потеряв при этом один Як-9.
30 августа четыре А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием семи Як-9 21-го иап в 15 ч. 43 м. в 40 милях юго-западнее порта Либава безуспешно атаковали торпедами и бомбами транспорт противника в 5000 т, который шел концевым в составе конвоя (три транспорта и сторожевой корабль) курсом 200º. Самолеты прикрытия сбили один пассажирский самолет Ju-52.
31 августа три самолета А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием восьми Як-9 21-го иап в 16 ч. 41 м. вылетели на крейсерство в Балтийское море. Не обнаружив кораблей противника, два самолета вернулись с торпедами на свой аэродром, а третий сбросил бомбы на автомашины противника в районе г. Шяуляй.
1 сентября четыре «Бостона» 1-го гмтап под прикрытием восьми Як-9 21-го иап с 13 ч. 00 м. до 16 ч. 00 м. летали на поиск и атаку кораблей противника в Балтийское море, но из-за ливневого дождя вернулись с торпедами на свой аэродром.
2 сентября шесть А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием двенадцати Як-9 21-го иап в 12 ч. 33 м. в 30 милях юго-западнее порта Либава атаковали неприятельской конвой в составе четырех транспортов и четырех сторожевых кораблей, шедших курсом 40º, и, по донесению экипажей, потопили бомбой головной транспорт в 6000 т. По «Справочнику потерь…» эти сведения не вполне достоверны.
В тот же день четыре А-20Ж под прикрытием восьми Як-9 тех же полков и при наведении самолета Пе-2 15-го орап вторично атаковали указанный конвой, но прямых попаданий бомб в транспорты не было. Самолеты прикрытия в 12 ч. 47 м. южнее порта Либава атаковали и сбили два самолета FW-190.
4 сентября восемь «Бостонов» 1-го гмтап под прикрытием восьми Як-9 21-го иап летали для уничтожения транспортов противника в Балтийском море. В 13 ч. 46 м. четыре «Бостона» в 11 милях северо-западнее маяка Овизи атаковали и, по донесению экипажей, нанесли повреждения транспорту водоизмещением 8000 т, израсходовав одну ФАБ-1000, две ФАБ-500 и 12 бомб ФАБ-250. В «Справочнике потерь…» достоверно подтверждается повреждение транспорта в точке с координатами ш. = 57º43'; д. = 21º30'. При пролете линии фронта два наших А-20Ж и один Як-9 были сбиты огнем зенитной артиллерии противника.
А другая четверка А-20Ж, не найдя кораблей противника, атаковала и уничтожила совместно с восемью Як-9 шесть автомашин на территории противника. Самолет Як-9 при атаке автомашин разлетелся на мелкие части от взрыва бомбы, сброшенной «Бостоном». Самолеты прикрытия встретили 6 истребителей FW-190, атаковали их и сбили два самолета противника, потеряв при этом два Як-9.
12 сентября два «Бостона» 1-го гмтап под прикрытием шести Як-9 21-го иап крейсировали в Балтийском море. В 20 ч. 50 м. один «Бостон», пилотируемый лейтенантом Гагиевым, атаковал и, по донесению летчика, потопил торпедой транспорт противника в 6000 т в 50 милях северо-западнее порта Мемель. По «Справочнику потерь…», эти сведения не вполне достоверны.
Второй «Бостон» в 20 ч. 55 м. безуспешно атаковал транспорт в 5000 т в 30 милях юго-восточнее о. Гогланд.
14 сентября 16 самолетов А-20Ж 1-го гмтап, из них 7 торпедоносцев и 9 топмачтовиков, под прикрытием 21 Як-9 21-го иап летали на поиск кораблей противника в Балтийском море. Четыре А-20Ж растерялись на маршруте и поэтому, не выполнив задания, возвратились с боезапасом на свой аэродром. Пять А-20Ж в сопровождении одиннадцати Як-9 в 15 ч. 26 м. в 13 милях западнее порта Мемель атаковали торпедой транспорт противника в 4000 т и, по донесению экипажей, нанесли ему повреждения. Однако в «Справочнике потерь…» это донесение расценено как не вполне достоверное. В районе, где был нанесен удар, наши самолеты были атакованы 20 самолетами FW-190 и обстреляны огнем зенитной артиллерии с транспорта. Два «Бостона» и один Як-9 были сбиты истребителями противника, а один «Бостон» сбит огнем зенитной артиллерии. Наши истребители сбили три FW-190.
Четыре «Бостона» в сопровождении восьми Як-9 в 16 ч. 18 м. в 10 милях северо-западнее маяка Овизи безуспешно атаковали неприятельский транспорт в 3000 т. На обратном маршруте при пролете линии фронта один «Бостон» был сбит огнем зенитной артиллерии противника. Три А-20Ж вернулись на свой аэродром, сбросив боезапас на территории противника.
В тот же денье 5 ч. 31 м. до 15 ч. 58 м. пять самолетов А-20Ж 51-го мтап под прикрытием четырех Як-9 14-го гиап летали на крейсерство в Финский залив. Один самолет, не обнаружив противника, вернулся с торпедой на свой аэродром. Второй А-20Ж из-за неисправности в матчасти возвратился на аэродром с бомбами. Третий самолет в 7 ч. 03 м. безуспешно атаковал торпедой транспорт противника в 4000 т, шедший курсом 95º в охранении трех сторожевых кораблей и тральщика в 7 милях севернее порта Палдиски.
Два «Бостона» (летчики — младший лейтенант Соколов и младший лейтенант Николаев) в 14 ч. 40 м атаковали и, по донесению экипажа, потопили неприятельский транспорт в 7000 т, шедший курсом 190º в охранении сторожевого корабля и трех тральщиков в 10 милях северо-западнее острова Найссаар. В транспорт попали торпеда, одна ФАБ-500 и одна ФАБ-250. Корабли охранения противника огнем зенитной артиллерии сбили один наш торпедоносец. В «Справочнике потерь…» подтверждается потопление транспорта в 7000 т в точке с координатами ш. = 59º43'; д. = 24º10', но в западных источниках подтверждения не найдено.
К 15 сентября в район г. Шяуляй необходимо было бы передислоцировать весь 51-й минно-торпедный авиаполк с прикрытием и пополнение 1-го гвардейского минно-торпедного авиаполка, но это мероприятие задержалось из-за того, что армия не давала авиации флота аэродром в районе г. Шяуляй.
15 сентября два торпедоносца Ил-4 и А-20Ж 1-го мтап в начале дня летали на крейсерство в Балтийском море. Ил-4 в 6 ч. 08 м. атаковал и потопил торпедой транспорт в 6000 т, шедший курсом 70º в 30 милях юго-западнее порта Либава. А-20Ж целей по маршруту не обнаружил и сбросил торпеду в воду в районе Ханко.
Во второй половине дня на крейсерство вылетели семь А-20Ж — три торпедоносца и четыре топмачтовика. Их прикрывали истребители Як-9 21-го иап. Два «Бостона» под прикрытием шести Як-9 в 13 ч. 50 м. атаковали конвой противника в составе транспорта, десяти быстроходных десантных барж, трех сторожевых кораблей, трех подводных лодок и четырех сторожевых катеров. Конвой шел курсом 164 в 19 милях юго-западнее Либавы. По донесению экипажей, торпедой был потоплен один сторожевой корабль.
Вторая пара А-20Ж под прикрытием десяти Як-9 в 14 ч. 08 м. атаковала в 10 милях западнее порта Либава конвой из трех транспортов, двух миноносцев и двенадцати сторожевых кораблей. По донесению экипажей, торпедой потоплен транспорт в 8000 т и нанесены повреждения бомбами сторожевому кораблю.
Третья пара А-20Ж под прикрытием восьми Як-9 в 14 ч. 11 м атаковала в 20 милях западнее порта Либава транспорт в 6000 т, шедший курсом 50º в охранении пяти сторожевых кораблей. Двумя бомбами ФАБ-250 транспорт был потоплен.
Один А-20Ж, подбитый зенитной артиллерией противника, разбился при посадке на аэродроме. Седьмой самолет А-20Ж из-за неисправности матчасти возвратился на аэродром с торпедой.
В тот же день четыре А-20Ж 51-го мтап под прикрытием восьми Як-9 с 6 ч. 11 м. до 10 ч. 25 м. летали для крейсерства на коммуникациях противника в Балтийском море. Два А-20Ж в 7 ч. 56 м. в 11 милях северо-западнее о. Даго обнаружили и безуспешно атаковали торпедой и бомбами транспорт в 4000 т, шедший курсом 230º в охранении трех сторожевых кораблей и двух сторожевых катеров. Вторая пара А-20Ж не обнаружила на своем маршруте судов противника и возвратилась с боезапасом на аэродром.
Увы, все жертвы торпедирования 15 сентября оказались чисто виртуальными.
16 сентября три самолета Ил-4 1-го мтап летали на поиск кораблей противника на его коммуникациях в Балтийском море. Ил-4, пилотируемый подполковником Борзовым, в 5 ч. 41 м. в 20 милях западнее порта Либава атаковал торпедой и, по донесению экипажа, потопил транспорт в 6000 т, шедший курсом 10º. Два других «Ила» целей по маршруту не обнаружили и возвратились на аэродром с торпедами. Позже выяснилось, что Борзов потратил торпеду зря.
18 сентября крейсерские полеты совершили 8 торпедоносцев. Два А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием восьми Як-9 21-го иапв 18 ч. 10 м. западнее маяка Папе обнаружили и безуспешно атаковали торпедой вражеское судно неустановленного класса. При выходе из атаки оба торпедоносца были сбиты зенитной артиллерией. Самолеты прикрытия в районе озера вели бой с 14 неприятельскими FW-190, при этом три Як-9 были сбиты.
В тот же день два А-20Ж того же полка под прикрытием семи Як-9 летали для уничтожения вражеских кораблей в Балтийском море, но ничего не обнаружили и вернулись на аэродром с боезапасом.
Еще четыре «Бостона» 51-го мтап под прикрытием четырех Як-9 14-го гиап парами с 16ч. 24м. до 18 ч. 20 м. летали на крейсерство в Балтийском море. Первая пара вражеских кораблей не обнаружила, а вторая пара в 16 ч. 34 м. в 24 милях северо-западнее маяка Ристна безуспешно атаковала транспорт в 6000 т, шедший курсом 110º в сопровождении сторожевого корабля. Огнем корабельной зенитной артиллерии был сбит один топмачтовик А-20Ж, пилотируемый младшим лейтенантом Гусманом Мифтахутдиновым.
Этот эпизод подробно описан в книге Ивана Феофановича Орленко «Крылатые торпедоносцы»: «В тот день два наших самолета: ведущий — торпедоносец А. Богачев и его ведомый — топмачтовик Г. Мифтахутдинов на коммуникации Виндава — Таллин повстречали вражеский конвой и атаковали его. Как обычно, вперед вырвался топмачтовик, но тут же машина содрогнулась от сильного удара, левый мотор остановился. Чтобы облегчить машину, Мифтахутдинов сбросил бомбы, они упали с большим недолетом, не причинив судам никакого вреда. А когда, теряя скорость, подбитый самолет проходил мимо сторожевого корабля, послышался глухой удар с другой стороны и сразу заметно снизились обороты правого мотора. Машина плохо слушалась рулей, неумолимо снижалась к свинцово-серым волнам.
— Что делать? — лихорадочно размышлял летчик. — Идти к берегу? Но там — фашисты, это верный плен. Нет! Только не это. Значит, тянуть как можно мористей, попробовать посадить «Бостон» на воду. Мифтахутдинову приходилось слышать, что немецкие корабли после боя вылавливали плавающих людей и особенно охотились за нашими летчиками с подбитых машин. Поэтому — подальше, как можно подальше от вражеского конвоя!
— Приготовиться к посадке на воду, — распорядился по СПУ командир. А сам вдруг оробел — никогда не приходилось сажать на воду сухопутный самолет. Как будет вести себя машина, сколько времени продержится на воде? Он не знал этого. И никто никогда не говорил ему об этом, потому что в полку ни с кем такого не случалось. А стальные холодные волны, покрытые пенистыми барашками, неумолимо приближались. От резкого толчка летчик ударился о приборную доску и потерял сознание…
Александр Богачев тоже атаковал безрезультатно. Его, видно, сбила с панталыку неудачная атака топмачтовика и он не ожидал встретить такой интенсивный огонь со всех кораблей сразу, а может, отвлекло беспокойство за подбитого ведомого, но в тот единственный раз сплоховал Александр, сбросил торпеду немного раньше, чем следовало. Капитан гитлеровского транспорта видел пенистый след мчавшейся к борту торпеды и успел отвернуть.
— Командир, наш ведомый сел на воду, — доложил штурман.
— Вижу, — недовольный собой, сухо отозвался летчик. — Пройдем над местом приводнения, но круг делать не будем, чтобы не насторожить фашистов.
Приземлившись на аэродроме, Богачев, как всегда коротко, без лишних слов доложил о результатах боевого вылета.
— В общем, день сплошных неудач, — махнул он рукой и, провожая взглядом взлетевшую пару самолетов, нервно теребил ремешок планшета. Штурман доложил точные координаты приводнения самолета Мифтахутдинова.
— Как раз на активных коммуникациях немецких конвоев, — глядя на оперативную карту, горько заметил начальник штаба капитан Иванов. — Вот смотрите: Рига — Таллин, Виндава — Таллин… Движение как на проспекте. Жаль, ни за что пропадут ребята. Как не хватает нам гидросамолета! Хотя бы один на весь полк, черт возьми, хоть какой-нибудь завалященький…
А экипаж Мифтахутдинова в эти минуты боролся за жизнь. Получив приказ командира готовиться к посадке на воду, штурман младший лейтенант Глеб Локалов и стрелок-радист сержант Юрий Аксенов принялись разворачивать резиновую спасательную лодку. Резкий толчок бросил их на стенку кабины. Локалов больно ударился левой рукой и сильно повредил ее: то ли перелом, то ли вывих — сразу было не определить. К счастью, Аксенов отделался легкими ушибами и в эти минуты был самым деятельным. Он выбросил на плоскость резиновую лодку и помог выбраться стонавшему от боли Локалову. К ужасу обоих, у них на глазах баллончики автоматического заполнения лодки воздухом, оказавшиеся почему-то незакрепленными, соскользнули с плоскости и мгновенно скрылись в глубине. Юрий кинулся к мехам, подсоединил шланг к лодке, начал торопливо накачивать воздух вручную. Сколько еще продержится машина на плаву? Он чувствовал, как уходит из-под ног, неумолимо оседает самолет, и качал из последних сил. Ему помогал Мифтахутдинов, который, окунувшись в холодную воду, пришел в себя.
— Ребята, скоро? — слабым голосом взывал время от времени Локалов, плавающий неподалеку. «Бостон», накренившись на нос, ушел под воду, и они остались без опоры, одни в открытом море. Благо у всех троих спасательные жилеты сработали хорошо.
Надвигались сумерки, когда Мифтахутдинов и Аксенов, выбившись из сил, надули, наконец, лодку. Подобрали из воды продрогшего Локалова. Купание в Балтийском море во второй половине сентября не может доставить удовольствия. Все в изнеможении откинулись спиной на упругие резиновые борта, отдав свое утлое суденышко на волю волн. Всех мучила жажда, и только теперь они вспомнили, что в суматохе забыли в самолете и аварийный бортовой паек, и сигнальную ракетницу с ракетами.
Справедливости ради надо отметить, что вскоре после этого случая на Краснознаменном Балтийском флоте появились лодочные гидросамолеты. Сам факт их появления оказался весомым моральным стимулом: экипажи теперь знали, что если будут сбиты над морем, их не оставят на волю случая, обязательно найдут и подберут, что потом не раз и бывало. Бортовой паек и ракетницу с ракетами стали упаковывать в спасательную лодку.
На море опустилась темнота, а с ней подул холодный северный ветер. Промокшее обмундирование, которое негде и не на чем было высушить, плотно облегало тело и вызывало болезненные ощущения. Мифтахутдинов и Аксенов взялись за весла. Гребли изо всех сил, лишь бы согреться. Локалов, поддерживая болевшую руку, пытался унять дрожь.
Ориентируясь по Полярной звезде, гребли на север, к финскому берегу. Там, только там, оставалась та «соломинка», за которую еще можно было ухватиться. Правда, в финских шхерах тоже далеко не безопасно. Хотя Финляндия и заключила перемирие с Светским Союзом и ее войска не стреляли по нашим, на территории страны оставалось еще немало фашистского отребья, встреча с которым не сулила ничего хорошего.
— Тише!… Тихо, ребята! — громким шепотом воскликнул Локалов, вглядываясь в ночную тьму. — Слышу, кажется, шум кораблей.
Гусман и Юрий притихли, подняли весла. Слышно было, как, звеня, стекает с них вода. И в этот звон, все усиливаясь, вошел отчетливый рокот мотора сторожевого катера. Но ночь укрыла их надежно, и вскоре этот звук смолк вдали.
Перед рассветом ветер усилился, волны стали выше и круче, резиновую лодку бросало как щепку. Косматые гребни перехлестывали через борт. Пытались вычерпывать воду пригоршнями, но это ничего не давало, так как очередной вал сводил их усилия на нет. добавляя воды много больше, чем им удавалось вычерпать. В ход пошли сапоги. Даже Локалов, превозмогая боль, пытался помогать, но, работая одной рукой, едва не выронил сапог, и Мифтахутдинов сказал:
— Ладно, Глеб, не надо. Мы как-нибудь вдвоем… Ты лучше держи мех и весла, чтобы не смыло.
Подкрался рассвет, и ветер вдруг утих, волны уменьшились и уже не перехлестывали через борт. Рваные клочья тумана проносились над лодкой. Он становился все гуще и гуще и постепенно накрыл все вокруг плотным пологом. Стало тихо-тихо. Они потеснее сбились в середине лодки, согревая друг друга общим теплом. Мифтахутдинов закрыл глаза и сразу будто бы погрузился в другой мир. Казалось ему, что идет он по своему лубянскому бору в родной Татарии, а на пути — боровики, подосиновики, маслята сами просятся в руки, а у него и так уже полна корзинка, и брать некуда, а не брать жалко. Он нагибается, протягивает руку и… видение исчезает, перед глазами — молочная пелена тумана.
Встрепенулся вдруг Локалов, прислушался.
— Ты чего? — спросил Мифтахутдинов.
— Вроде опять тарахтит…
Прислушались. Нет. Тихо.
Каждый побывавший в бою солдат знает, что тишина на войне бывает страшнее самой яростной атаки. Она угнетает, пугает своей непредсказуемостью. Они также понимали, что эта непрочная тишина может в любую минуту взорваться треском мотора сторожевика, стрельбой и смертью.
— Что, если нарвемся на немцев? — Аксенов высказал вслух вопрос, который у каждого из них был в голове с того самого момента, когда их «Бостон» неуклюже плюхнулся в воду.
— У нас на всех один пистолет и к нему шестнадцать патронов, — невесело сказал Мифтахутдинов. — На первый случай хватит.
Почему после аварийного приводнения пистолет оказался только у летчика, установить не удалось. При вылете на боевое задание у каждого пистолет был в кобуре на поясном ремне.
— Тринадцать — для фашистов, последние три — для нас, — подхватил Аксенов.
— Плена во всяком случае не будет, — прошептал воспаленными губами Локалов.
— Комсомольцы в плен не сдаются! — резюмировал Мифтахутдинов.
— Ну, раз командир заговорил лозунгами, значит, на нашем корабле боеготовность номер один, — не удержался от подначки Аксенов.
И все улыбнулись этой шутке, а вернее, тому, что все, не сговариваясь, пришли к одному и тому же решению. Они готовы были, не колеблясь, разделить одну и ту же участь и, поняв это, стали друг другу еще ближе и роднее.
К полудню туман рассеялся, поднялся выше, а затем и вовсе исчез. Пригрело солнышко, проснулась надежда согреться и подсушить свое обмундирование. Кругом простиралось безмолвное, пустынное море. Они были одни в этом необъятном пространстве, где некуда укрыться, негде спрятаться.
Теперь встреча с неприятельским кораблем или катером могла оказаться роковой.
Слегка обогревшись, они задремали, а может, просто впали в забытье. Мифтахутдинов вдруг встрепенулся: почудилось, будто слышит детские голоса. Кричали действительно рядом, но это были невесть откуда взявшиеся чайки. Они летали кругами над лодкой, садились неподалеку на воду, а затем поднялись и улетели к северу.
— Значит, недалеко земля, раз чайки… — предположил Мифтахутдинов. Штурман и стрелок согласно кивнули. Го-ворить не хотелось.
Уже к вечеру все услышали шум моторов и насторожились, но поняли: шум доносится с неба. Там, в голубой вышине, шел воздушный бой. Юркие истребители сходились и расходились на пологих и крутых виражах, доносились короткие строчки пулеметных очередей. Аксенов не выдержал, закричал:
— Сюда, сюда!… Куда же вы?!
— Уймись, Юра, — нехотя сказал Мифтахутдинов. — У них свои заботы, некогда им на море глядеть.
Карусель воздушного боя сместилась к югу, а потом и вовсе исчезла в далекой голубизне, унося с собой и шум моторов, и мелькнувшую было надежду. Да и в самом деле, попробуй разгляди в необъятной шири моря крошечную резиновую лодку! И каждый в который уже раз вспоминал так некстати забытую в самолете ракетницу.
Как часовые на посту, сменялись в полубредовом забытьи дни и ночи, и каждые последующие сутки усиливали жажду и голод. Плиткой шоколада, чудом завалявшейся в кармане гимнастерки запасливого стрелка-радиста, подкармливали, отламывая по мизерному кусочку, раненого штурмана. На четвертый день Аксенов, не устояв перед соблазном, зачерпнул в пригоршню морской воды, глотнул и тут же стал отплевываться:
— Фу, ну и гадость! Тьфу, чтоб тебе…
— Не надо, Юра, — слабым голосом отговаривал его Локалов. — Не надо пить… Я читал где-то, от морской воды потом еще больше пить захочется…
В тот же день опять появились самолеты. Сначала на разных высотах звеньями по три прошла со стороны финского берега девятка наших истребителей, а затем, давя ревом моторов, совсем низко над лодкой пронеслись два таких родных «Бостона». Все трое поднялись из последних сил, кричали и бросали вверх шлемы… Мифтахутдинову даже показалось, что он видел на руле поворота цифру «23». Это Богачев! Или показалось? Торпедоносцы скрылись за низкой линией горизонта и вскоре оттуда донеслись раскаты далеких взрывов.
— Воюют наши, — не без зависти произнес Мифтахутдинов. — Не вешайте нос, ребята, мы с вами тоже еще повоюем, еще доживем до того дня, когда ни одного фашистского гада на земле не останется…
Возникшие и пропавшие, как видения, «Бостоны» растревожили душу. «Летают, Сашка, бьют гадов, а я… — с завистью к Богачеву казнился Мифтахутдинов. — Вот же продрался он тогда через такую же стену защитного огня. Продрался! Почему же нас сбили? Выходит, он умеет, а я еще нет?» «Маневр, маневр и еще раз маневр», — вспомнил он наставление командира полка и флаг-штурмана, и ему просто не терпелось немедленно, вот сейчас, сесть за штурвал и доказать всем, что он сумеет перехитрить, провести врага и победить. Так ему захотелось этого, что от досады, от собственного бессилия он даже застонал.
— Ты чего, Гусман? Не переживай, — прохрипел Локалов, угадавший муки командира. — Я в тебя верю… Дай вот выберемся из этой передряги… Мы с тобой еще себя покажем.
К вечеру пятых суток во мгле показалась темная расплывчатая полоска. Сомнений не было; это берег. Лодку несло к нему. Мифтахутдинов и Аксенов приподнялись на колени, растянули на вытянутых руках вконец истрепавшийся, облохматившийся мятый командирский китель. Даже под таким импровизированным парусом лодка пошла намного быстрее. Но не было сил держать парус — пять суток без пищи и воды сделали свое дело.
— Вроде бы мотор, командир, слышишь? — встревожился Аксенов. И действительно, приближаясь, нарастало тарахтенье лодочного мотора, и тут же из береговой тени выплыл высокий нос деревянной шхуны. Мифтахутдинов схватился за кобуру, но Локалов тронул его за руку:
— Обожди, похоже, рыбаки это…
На командном пункте полка майор Ситяков попросил меня к оперативной карте и, обведя кружочком точку на освобожденной части Эстонии, сказал:
— Придется вам, Иван Феофанович, слетать вот сюда. Финские рыбаки подобрали экипаж Мифтахутдинова… Да- да, живы ребята, только отощали и обессилели за пять суток. Они вот здесь, на этом аэродроме. Встретьте, обласкайте, подбодрите и везите их сюда.
Едва мы приземлились (со мной летали штурман капитан Петр Сазонов и стрелок-радист Юрий Волков), от деревянного аэродромного домика к самолету устремились трое, одетые как-то странно. Мы невольно насторожились, а Волков, как он потом сам рассказывал, даже развернул турель своей спаренной установки. Но трое подошли ближе, и мы узнали наших пропавших без вести, которых считали погибшими. Вместо привычного глазу флотского обмундирования, которое порвалось настолько, что его пришлось выбросить, финны одели их в свое, что нас поначалу и смутило. Мифтахутдинов, приложив руку к головному убору, пытался доложить по всей форме, но из этого ничего не получилось; слезы заливали глаза, радостное волнение перехватило горло. Мы обнялись и расцеловались, оба растроганные. Впервые я увидел этого волевого и, как раньше казалось, самоуверенного крепыша таким растерянным. Обнялись и с остальными. Я всматривался в их лица и удивлялся переменам, которые в них произошли. И не только истощение и нечеловеческая усталость были тому причиной. Ребята стали не такими, какими неделю назад я провожал их в полет. Из вчерашних мальчишек они превратились в умудренных жизнью мужчин, заглянувших смерти в глаза и неотступивших. Передо мной стояли настоящие герои.
— А Таллин освободили? — спросили они, когда первое волнение улеглось.
— Освободили, освободили.
Мифтахутдинов все сокрушался, что не смог спасти самолет и дотянуть до аэродрома.
— Ничего! Главное — вы живы, а машина вам будет, — успокаивал я его»{32}. 19 сентября в Москве было подписано соглашение о перемирии с Финляндией. В тот же день два А-20Ж и два Ил-4 1-го гмтап летали для крейсерства на коммуникациях противника в Балтийском море и Финском заливе. Три самолета кораблей противника не обнаружили, а Ил-4, пилотируемый лейтенантом Мироновым, в 6 ч. 15 м. в 40 милях западнее мыса Мелайдо (о. Сааремаа) атаковал торпедой и, по донесению экипажа, потопил транспорт в 4000 т. Но на самом деле атака оказалась безуспешной.
21 сентября с 10 ч. 35 м. до 14 ч. 15 м. два А-20Ж 1-го гмтап и два А-20Ж 51-го мтап летали на поиск кораблей противника на его коммуникациях в Балтийском море, но ничего не обнаружили и вернулись с боезапасом.
В тот же день семь А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием 24 Як-9 21-го иап в 14 ч. 50 м. атаковали в 60 милях западнее порта Либава вражеский конвой (два транспорта и два сторожевых корабля), шедший курсом 210º. По донесению экипажей, попаданием торпеды и бомб потоплен транспорт в 10 000 т и попаданием бомбы поврежден второй транспорт в 6000 т. Увы, опять противник не имел потерь.
Очень активно действовали летчики-гвардейцы. 22 сентября в 7 ч. 50 м. четыре «Бостона» 1-го гмтап в 16 милях севернее о. Осмусаар атаковали конвой противника из шести транспортов и до двадцати кораблей охранения, шедших курсом 270º. По донесению экипажа, попаданием торпед и бомб были потоплены два транспорта в 10 000 и 7000 т.
В 12 ч. 05 м. два А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием 24 самолетов Як-9 21-го иап атаковали конвой противника в составе трех транспортов и тральщика, шедший курсом 190º в 26 милях юго-западнее порта Либава. По донесению экипажей, в результате прямых попаданий бомб был потоплен транспорт в 6000 т. Наши самолеты были атакованы FW-190. В воздушном бою сбиты три вражеских самолета, наши потери — три А-20Ж и один Як-9.
В 12 ч. 20 м. три А-20Ж 1-го гмтап атаковали конвой противника в составе семи транспортов, танкера, двенадцати сторожевых кораблей и тральщика, следовавших курсом 210º в 15 милях северо-западнее порта Палдиски. По донесению экипажей, попаданием торпеды был потоплен транспорт в 5000 т.
В 14 ч. 19 м. пять А-20Ж 1-го гмтап в 15 милях западнее маяка Хииумадал атаковали конвой противника (4 транспорта и 2 сторожевых корабля), следовавший курсом 240º. Прямым попаданием торпеды и бомб были потоплены два транспорта (15 000 и 6000 т). Огнем корабельной зенитной артиллерии был сбит один «Бостон».
В 17 ч. 25 м. четыре А-20Ж 1-го гмтап в 18 милях севернее о. Осмусаар атаковали конвой противника (около 60 вымпелов). По донесению экипажа, прямым попаданием бомб и торпед были потоплены два транспорта в 8000 т и 5000 т и поврежден транспорт в 7000 т.
Однако единственным потопленным в этот день судном, название которого удалось установить, был транспорт «Моэро» («Моего») вместимостью 6111 брт, затонувший в точке с координатами ш. = 57º26'; д. = 20º18'.
23 сентября с 4 ч. 53 м. до 10 ч. 25 м. два Ил-4 и семь А-20Ж 1-го гмтап, а также четыре А-20Ж 51-го мтап летали на поиск кораблей противника в Балтийском море. По донесению экипажей, они потопили торпедами три транспорта (два по 8000 т и один в 6000 т) и сторожевой корабль в районе 30 миль западнее о. Эзель. И опять в «Справочнике потерь…» сказано: «не вполне достоверно», то есть опять мимо.
25 сентября в 8 ч. 35 м. Ил-41-го гмтап в Балтийском море безуспешно атаковал торпедой тральщик противника, шедший курсом 220º в 45 милях северо-западнее порта Виндава.
В тот же день восемь А-20Ж 51-го мтап летали для крейсерства на коммуникациях противника в Рижском заливе. «Бостон», пилотируемый лейтенантом Тимофеевым, в 12 ч. 50 м. обнаружил конвой в составе трех транспортов и двух тральщиков, следовавший курсом 100º в 10 милях севернее маяка Колкасрагс. По донесению экипажа, головной транспорт в 6000 т был потоплен торпедой. Остальные семь самолетов из-за плохой погоды кораблей противника не обнаружили.
Действительно Тимофеев в точке с координатами ш. = 58º03'; д. = 24º01’ утопил транспорт «Meyersledge» вместимостью 828 брт.
28 сентября семь А-20Ж 1-го гмтап двумя группами под прикрытием 22 самолетов Як-9 21-го иап летали на атаку транспортов противника в Балтийском море. В 12 ч. 10 м. четыре А-20Ж в Ирбенском проходе атаковали и, по донесению экипажей, потопили торпедой и бомбой транспорт в 15 000 т, следовавший курсом 260º в охранении тральщика, четырех сторожевых кораблей и 11 быстроходных десантных барж. Огнем корабельной зенитной артиллерии были сбиты три наших «Бостона». Вторая группа самолетов вражеских кораблей не обнаружила.
В 16 ч. 15 м. самолет А-20Ж 51-го мтап в Рижском зал иве в 8 милях южнее о. Абрука безуспешно атаковал транспорт противника, шедший в конвое из четырех транспортов и 15 сторожевых кораблей и тральщиков.
В 21 ч. 31 м. «Бостон» 1-го гмтап, пилотируемый капитаном Меркуловым, в Рижском заливе, в 14 милях восточнее мыса Мерсрагс атаковал и, по донесению экипажа, потопил транспорт в 5000 т, шедший курсом 220º в охранении двух тральщиков.
В этот день в «Справочнике потерь…» числится один транспорт вместимостью 15 000 брт (!), потопленный «достоверно». Представим себе на секунду, что такой большой транспорт был действительно утоплен и название его наши историки так и не выяснили! Что, у немцев плавали сотни огромных транспортов вместимостью 15 000 брт, то есть водоизмещением свыше 20 тыс. тонн?
29 сентября в 16 ч. 55 м. самолет А-20Ж 51-го мтап, пилотируемый командиром полка майором Ситяковым, летал на крейсерство в Рижский залив. В 12 милях юго-восточнее о. Абрука он атаковал и, по донесению экипажа, потопил торпедой транспорт в 7000 т. В 18 ч. 30 м. самолет попал в сложные метеоусловия, врезался в воду в районе маяка Шепелевский и утонул, летчик и штурман погибли, спасся только стрелок-радист.
Достоверно известно, что в этот день транспорт «Фатерланд» вместимостью 1300 брт выбросился на мель. Возможно, он был поврежден торпедой.
1 октября с 7 ч. 25 м. до 16 ч. 13 м. восемь «Бостонов» 51-го мтап летали для крейсерства на коммуникациях противника в Балтийском море и Рижском заливе. Первая пара (летчики — лейтенант Борисов и младший лейтенант Бушаев) в 9 ч. 15 м. в 13 милях северо-восточнее мыса Колкасрагс атаковала конвой противника в составе транспорта в 6000 т и двух тральщиков, следовавших курсом 325º. По донесению экипажей, бомбой был потоплен тральщик, но из-за сильного огня корабельной зенитной артиллерии результата пуска торпеды экипажи не наблюдали, при этом был подбит мотор на одном из самолетов. Вторая пара А-20Ж в 10 ч. 20 м. в 9 милях северо-западнее мыса Колкасрагс обнаружила и безуспешно атаковала транспорт в 4000 т, шедший курсом 150º в охранении сторожевого корабля.
Третья пара «Бостонов» кораблей противника не обнаружила.
Четвертая пара в 15 ч. 38 м. в 25 каб. северо-западнее маяка Овизи атаковала транспорт в 5000 т, шедший курсом 250º в составе конвоя из пяти транспортов, четырех сторожевых кораблей, двух сторожевых катеров, и потопила прямым попаданием бомбы ФАБ-250 транспорт.
С 16 ч. 32 м. до 20 ч. 22 м. шесть самолетов А-20Ж и два Ил-4 1-го гмтап поодиночке производили крейсерские полеты в Балтийском море. Три самолета вражеских кораблей не обнаружили и возвратились на аэродром с торпедами. Четыре А-20Ж в 17 ч. 15 м. у мыса Мерсрагс торпедой потопили транспорт в 10 000 т и сторожевой корабль.
В 18 ч. 45 м. Ил-4 в 20 милях восточнее мыса Мерсрагс атаковал конвой противника (три транспорта и сторожевой корабль), следовавший курсом 135º. По донесению экипажа, транспорт в 8000 т был потоплен торпедой. Огнем зенитной артиллерии противника в районе мыса Мерсрагс были сбиты два «Бостона». 24 самолета Як-9 21-го иап прикрывали выход торпедоносцев в Балтийское море.
Все донесения о судах, «потопленных» 1 октября, в «Справочнике потерь…» числятся как «не вполне достоверные».
2 октября четыре А-20Ж 51-го мтап поодиночке крейсировали в Рижском заливе. Один самолет, пилотируемый капитаном Мещериным, в 8 ч. 30 м. в 10 милях восточнее мыса Мерсрагс обнаружил и атаковал торпедой транспорт в 7000 т. По донесению экипажа, транспорт затонул. Согласно «Справочнику потерь…» это был транспорт «Мальгахе» водоизмещением 9000 т, следовавший с грузом вооружения на о. Эзель.
Второй самолет из-за плохой погоды кораблей противника не обнаружил.
В тот же день три А-20Ж 1-го гмтап поодиночке производили крейсерские полеты в Балтийском море. «Бостон», пилотируемый подполковником Борзовым, в 20 ч. 20 м. восточнее мыса Мерсрагс потопил торпедой транспорт в 4000 т, шедший курсом 330º в охранении четырех сторожевых кораблей. Сей успех в «Справочнике потерь» определен как «не вполне достоверный».

Схема удара по вражескому конвою торпедоносцев и топмачтовиков Балтийского флота 6 октября 1944 г.
6 октября восемь А-20Ж 51-го мтап летали на поиск кораблей противника на его коммуникациях в Балтийском море. Четыре самолета в 12 ч. 30 м. севернее маяка Овизи атаковали конвой противника в составе шести транспортов и трех сторожевых кораблей. По донесению экипажей, торпедой был потоплен транспорт в 6000 т. Огнем корабельной зенитной артиллерии был сбит один «Бостон».
В тот же день три А-20Ж 1-го гмтап производили крейсерские полеты в Балтийском море и, по донесению экипажей, атаковали транспорт в 7000 т, шедший в сопровождении двух сторожевых кораблей курсом 200º в 36 милях западнее маяка Овизи. В 19 ч. 28 м. от попадания торпеды транспорт затонул. Позже был атакован второй конвой (три транспорта) в 38 милях западнее порта Либава, и в 20 ч. 00 м. торпедой был потоплен концевой транспорт в 4000 т.
Все эти донесения о потоплениях в «Справочнике потерь…» отнесены к «не вполне достоверным».
8 октября четыре А-20Ж1-го гмтап летали на крейсерство в Балтийском море. Три самолета противника не обнаружили, а четвертый, пилотируемый майором Кузнецовым, в 8 ч. 24 м. потопил торпедой транспорт в 6000 т, шедший курсом 215º в охранении двух сторожевых кораблей в 30 милях западнее порта Либава.
Двенадцать «Бостонов» 51-го мтап в этот день также крейсировали в Балтийском море. Одиннадцать самолетов из-за неблагоприятных метеоусловий кораблей противника не обнаружили, а двенадцатый, пилотируемый лейтенантом Борисовым, в 10 ч. 15 м. потопил торпедой транспорт в 5000 т, шедший в охранении двух сторожевых кораблей и двух тральщиков в 11 милях севернее мыса Мерсрагс.
Если верить «Справочнику потерь…», то повезло одному Борисову, который потопил безымянный транспорт в 5000 т, на котором «находилось 650 человек». Зарубежных подтверждений гибели судна не найдено.
9 октября в 14 ч. 00 м. четыре А-20Ж 51-го мтап (ведущий — младший лейтенант Богачев) из числа девяти А-20Ж, вылетевших в крейсерство, атаковали конвой (два транспорта и два сторожевых корабля) в Ирбенском проходе южнее маяка Сырве и потопили два транспорта в 12 000 и 3000 т, а также сторожевой корабль, израсходовав на это три торпеды и десять бомб ФАБ-250.
В 20 ч. 00 м. А-20Ж 1-го гмтап, пилотируемый капитаном Пресняковым, из числа четырех А-20Ж, вылетевших на крейсерство в Балтийском море, атаковал конвой противника в составе транспорта и двух сторожевых кораблей, следовавший курсом 240º в 80 милях северо-западнее порта Мемель. По донесению экипажа, торпедой был потоплен транспорт в 5000 т.
Подтверждений успехам 9 октября не найдено.
10 октября с 9 ч. 55 м. до 10 ч. 34 м. из 17 самолетов А-20Ж 51-го мтап вылетели на крейсерские полеты в Балтийском море под прикрытием двенадцати Як-9 21-го иап. Три «Бостона» (ведущий — майор Ковалев) в 9 ч. 55 м. потопили торпедами и бомбами буксир и баржу противника в 10 милях восточнее мыса Мерсрагс. Два самолета (ведущий — младший лейтенант Богачев) потопили торпедами два транспорта по 4000 т в 15 милях севернее маяка Овизи. Двенадцать остальных самолетов, не обнаружив кораблей противника, возвратились с боезапасом на свой аэродром.
Согласно «Справочнику потерь…», потопление буксира и баржи в точке с координатами ш. = 57º20'; д. = 23º20' считается достоверным, а иностранные источники подтверждают потопление транспорта «Инга Христоферсен» («Inge Christophersen») вместимостью 1334 брт.
11 октября пять самолетов А-20Ж 1-го гмтап крейсировали в Балтийском море. Один «Бостон», пилотируемый майором Кузнецовым, в 12 ч. 11 м. потопил торпедой транспорт в 8000 т, шедший в составе конвоя курсом 245º в 35 милях юго-западнее Либавы. Однако, по «Справочнику потерь…», это потопление «не вполне достоверно».
Второй А-20Ж в 13 ч. 10 м. безуспешно атаковал торпедой транспорт в 8000 т в 3 милях северо-западнее Либавы. Торпеда, сброшенная с самолета, не пошла из-за малой глубины места атаки.
Два «Бостона» не обнаружили кораблей противника, а пятый «Бостон» не вернулся по неизвестной причине.
13 октября пять самолетов А-20Ж 1-го гмтап крейсировали в Балтийском море. Один А-20Ж в 20 ч. 08 м. безуспешно атаковал транспорт в 5000 т в 11 милях западнее маяка Акменрагс. Остальные самолеты не обнаружили кораблей противника из-за плохой погоды и возвратились с торпедами на свой аэродром.
51-й мтап был передислоцирован в этот день с аэродрома Клопицы на аэродром Паневежис.
Как позже писал командир 51-м мтап И.Ф. Орленко: «Часть экипажей, улетев на боевое задание из Клопиц, возвращалась из полета уже на литовскую землю. Остальные перелетели сюда, взяв на борт самолета техников, механиков и мотористов, подвесив на держатели торпеды.
Мы обживали новый аэродром. С нашим перелетом сюда вся 8-я минно-торпедная Гатчинская авиадивизия собралась в одном месте: три полка ударных и два истребительных. Это — сила, это уже не растопыренные пальцы, а мощный кулак! Мы получили возможность взаимодействовать со штурмовиками, а самое главное — нас теперь от взлета до посадки будут прикрывать новенькие Як-9 из базировавшихся тут же истребительных авиаполков, которыми командовали Герои Советского Союза П.И. Павлов и А.А. Мироненко. Что и говорить, защита надежная!
Паневежис — маленький литовский городок. Юго-восточнее него командование Красной армии накануне войны приступило к строительству большого аэродрома, но завершить его не удалось. Гитлеровцы сначала его не использовали, а когда фронт стал стремительно приближаться к Прибалтике, им потребовались новые базы для авиации. Достраивался аэродром руками русских военнопленных и угнанных в рабство советских людей, о чем свидетельствовали, например, надписи, выдавленные в застывающем растворе бетонных плит: «Здесь работали русские. 12.04.44 года». Отступая, гитлеровцы разрушили все, что могли: взорвали служебные здания, взлетно-посадочную полосу. Но наши бойцы строительного батальона в короткий срок отремонтировали постройки, устранили все другие повреждения.
Аэродром позволял нормально работать всем пяти полкам. Для нас были заранее приготовлены места стоянок самолетов в укрытиях, командный пункт, помещения для личного состава. Словом, по сравнению с Клопицами, мы расположились здесь с комфортом. Полоса позволяла взлетать даже с небольшим попутным ветром. Таким образом, самолеты уходили в небо сразу после выруливания из капониров на полосу, а после посадки и пробега тотчас же направлялись в укрытие».
Осенью 1944 г. на пяти «Бостонах» 1-го гмтап установили первые советские бортовые локаторы типа «Гнейс-2М», предназначенные для обнаружения морских надводных целей. Сначала их опробовали на Ладоге: берег обнаруживался за 90 км, а баржа с буксиром — за 20 км. Первый боевой вылет с РЛС совершил 15 октября 1944 г. командир полка Герой Советского Союза И.И. Борзов.
В этот день двенадцать самолетов А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием двадцати Як-9 21-го иап и восьми Як-9 14-го гиап производили крейсерские полеты в Балтийском море. В условиях плохой видимости с помощью радиолокатора Борзов обнаружил в 15 милях севернее маяка Иерсхефт три транспорта противника, следовавшие курсом 220º, и в 17 ч. 45 м. потопил торпедой концевой транспорт в 8000 т. Но на самом деле торпеда прошла мимо.
Остальные самолеты из-за плохих метеоусловий кораблей противника не обнаружили. Один «Бостон» из боевого полета не вернулся. Самолеты прикрытия на маршруте сбили один Me-110.
18 октября четыре самолета А-20Ж 1-го гмтап под прикрытием четырех Як-9 21-го иап крейсировали в Балтийском море. Первая пара торпедоносцев из-за плохих метеоусловий кораблей противника не обнаружила. Вторая пара самолетов в 15 ч. 45 м. в 33 милях северо-западнее маяка Стило потопила торпедой транспорт в 6000 т, шедший курсом 260º. Другая пара «Бостонов» в 16 ч. 57 м. в 18 милях западнее Либавы потопила торпедой транспорт в 6000 т, шедший курсом 95º в охранении двух сторожевых кораблей. На обратном пути наши торпедоносцы были атакованы четырьмя FW-190, один из которых был сбит. На самом деле ни один вражеский транспорт в этот день потоплен не был.
28 октября с 7 ч. 44 м. до 17 ч. 59 м. три самолета А-20Ж 1-го гмтап и шесть самолетов А-20Ж 51-го мтап летали поодиночке и парами летали на крейсерство в Балтийское море. Семь из них не обнаружили кораблей противника. А один самолет в 9 ч. 45 м. в. 15 милях севернее маяка Кольберг безрезультатно атаковал торпедой подводную лодку, шедшую курсом 230º. Капитан Меркулов в 14 ч. 40 м. в 25 милях северо-западнее того же маяка потопил торпедой транспорт в 4000 т, следовавший курсом 280º в конвое с двумя другими транспортами. Экипаж самолета наблюдал за результатом атаки до момента полного погружения транспорта. Однако даже в «Справочнике потерь…» факт потопления признан «не вполне достоверным», а подтверждения в иностранных источниках отсутствуют.
30 октября в 12 ч. 30 м. двенадцать «Бостонов» 1-го гмтап крейсировали в Балтийском море, но из-за неблагоприятных метеоусловий кораблей противника не обнаружили и вернулись на свой аэродром с боезапасом.
С 16 ч. 55 м. до 22 ч. 55 м. четыре А-20Ж и один Ил-4 1-го гмтап, действуя поодиночке, крейсировали в Балтийском море. По донесению экипажа, «Бостон», пилотируемый майором Кузнецовым, в 18 ч. 35 м. в 21 миле северо-западнее маяка Брюстерорт потопил торпедой транспорт в 4000 т, шедший курсом 60º в охранении двух сторожевых кораблей. Самолет А-20Ж, пилотируемый лейтенантом Гашевым, в 18 ч. 55 м. в 23 милях севернее того же маяка потопил торпедой транспорт в 3000 т, шедший курсом 80 без охранения. «Бостон» старшего лейтенанта Шишкова в 20 ч. 50 м. в 25 милях юго-западнее Либавы потопил торпедой транспорт в 5000 т, шедший курсом 200º в составе конвоя из трех транспортов и трех сторожевых кораблей. Остальные самолеты возвратились на аэродром с торпедами. Увы, все эти донесения о потоплениях оценены как «не вполне достоверные».
18 ноября в Балтийском море два торпедоносца и два топмачтовика А-20Ж 51-го мтап парами с 8 ч. 45 м. до 12 ч. 12 м. летали в крейсерство на коммуникациях противника. Одна пара «Бостонов» в 11 ч. 20 м. в 18 милях от Либавы обнаружила три транспорта, шедшие в строе кильватера в охранении трех сторожевых кораблей курсом 40º со скоростью 3 узла. По донесению экипажей, самолеты потопили торпедой и одной ФАБ-500 концевой транспорт в 6000 т, что в «Справочнике потерь…» оценено как «не вполне достоверно».
Вторая пара «Бостонов» в заданном районе кораблей противника не обнаружила, и торпедоносец вернулся с торпедой, атопмачтовик сбросил бомбы в воду.
В тот же день шесть торпедоносцев и пять топмачтовиков А-20Ж 1-го гмтап с 14 ч. 47 м. до 17 ч. 40 м., по данным авиаразведки, летали уничтожать легкий крейсер противника в Балтийском море. Но в заданном районе самолеты крейсера не обнаружили. Топмачтовики сбросили бомбы в воду. На обратном пути один торпедоносец из-за неисправности матчасти сбросил торпеду в воду в 30 км западнее Шяуляя, а остальные торпедоносцы возвратились на аэродром с торпедами.
23 ноября два самолета А-20Ж 1-го гмтап в 22 ч. 56 м. вылетели на поиск и уничтожение немецкого тяжелого крейсера типа «Лютцов» в средней части Балтийского моря. Но из-за сильной облачности на высоте 600–300 м самолеты задания не выполнили. Один из них в 23 ч. 30 м. возвратился с торпедой на свой аэродром, а второй в 24 ч. 00 м. еще находился в воздухе.
7 декабря четыре самолета-торпедоносца А-20Ж 1-го гмтап, действуя поодиночке, с 10 ч. 00 м. до 16 ч. 46 м. крейсировали в Балтийском море. Один из них в заданном районе кораблей противника не обнаружил, два других из-за плохих метеоусловий возвратились. Все три самолета сели на аэродром с торпедами. Четвертый самолет, летевший на высоте 20–100 м, в 15 ч. 15 м. в 30 милях от маяка Хела был атакован двумя Me-110, сбросил торпеду в воду и ушел от преследования противника.
Любопытно, что в западных источниках говорится, что 7 декабря у мыса Стейкорт наши самолеты потопили торпедами сторожевые корабли V-1606 водоизмещением 422 т и V-515 водоизмещением 252 т.
12 декабря четыре самолета А-20Ж 51-го мтап (два торпедоносца и два топмачтовика) под прикрытием восьми Як-9 21-го иап с 12 ч. 14 м. до 14 ч. 35 м. летали для нанесения удара по транспортам противника, обнаруженным воздушной разведкой в районе Данцигской бухты. В 13 ч. 53 м. в 9 милях восточнее маяка Хела самолеты атаковали бомбами и торпедами два транспорта, шедшие курсом 270º в охранении пяти сторожевых кораблей, тральщика и двух сторожевых катеров. По донесению экипажей, один транспорт в 6000 т был потоплен. Увы, транспорт был потоплен «не вполне достоверно». Огнем зенитной артиллерии с неприятельских кораблей был сбит один «Бостон».
20 декабря два самолета А-20Ж1-го гмтап под прикрытием четырех Як-9 9-го иап с 8 ч. 40 м. до 13 ч. 55 м. летали в Балтийское море. В 11 ч. 45 м. в точке с координатами ш. = 54º40'; д. = 16º00' (около 10 миль северо-западнее маяка Иерсхефт) один самолет обнаружил два транспорта и сторожевой катер противника и безуспешно атаковал концевой транспорт торпедой. Второй самолет в заданном районе вражеских кораблей не обнаружил и возвратился с торпедой.
В гот же день два самолета А-20Ж 51-го мтап с 9 ч. 06 м. до 12 ч. 05 м. крейсировали в Балтийском море. В 10 ч. 06 м. экипаж одного «Бостона» в 20 милях северо-восточнее маяка Брюстерорт (ш. = 55º 15'; д. = 20º20') обнаружил три транспорта и сторожевой корабль противника и вышел в атаку. По донесению экипажа, концевой транспорт в 6000 т был потоплен. Западные источники не подтверждают потопление судна. После выхода из атаки самолет атаковали с разных направлений пять FW-190, и от преследования истребителей он ушел в облака.
Второй самолет в заданном районе кораблей противника не обнаружил и при посадке на аэродром разбился.
Во второй половине 1944 г. за счет поступления «Бостонов» значительно увеличилось число балтийских торпедоносцев. Стали применяться комбинированные атаки конвоев с участием не только торпедоносцев, но и топмачтовиков, и штурмовиков (последние подавляли огонь зенитных орудий). Наблюдался рост потерь противника.
По мнению автора, сразу после выхода Финляндии из войны имелась возможность «нажать» на Швецию и заставить ее немедленно прекратить все морские перевозки в Германию и обратно, что имело бы огромные военные и политические последствия. При этом главным рычагом могли стать торпедоносцы, действовавшие у кромки территориальных вод, как говорится, плюс-минус километр. Шведы были бы поставлены перед выбором — или начинать боевые действия против СССР, что осенью 1944 г. являлось для них самоубийством, или наблюдать массовую гибель своих судов в собственных терводах, либо, что самое вероятное, прекратить все морские перевозки в Германию.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.