«СЕЗОН ОХОТЫ» 43-ГО

.

В новом 1943 году первая атака наших торпедоносцев состоялась 14 января. Согласно «Хронике…» в 13 ч. 16 м. в районе Варде два самолета «Хэмпден», по данным воздушной разведки, атаковали торпедой конвой противника в составе пяти транспортов и четырех сторожевых кораблей. Торпеды были сброшены по двум транспортам с высоты 25 м и дистанции 3 каб. При этом оба транспорта водоизмещением в 6000–7000 т каждый были потоплены. Один «Хэмпден» при выходе из атаки был сбит корабельной зенитной артиллерией.
Позже кто-то ввел в обиход рассказ о том, что «Хэмпден» капитана Баштыркова был подбит кораблями охранения при выходе в атаку. Пылающий торпедоносец не свернул с боевого курса и, прежде чем упасть в море, успел потопить транспорт водоизмещением 8000 т. Командир экипажа А.А. Баштырков и стрелок-радист В.Н. Гаврилов посмертно удостоены звания Героя Советского Союза.


Этот «рассказ» лег в основу художественного фильма «Торпедоносцы», снятого режиссером С.Д. Аграновичем в 1983 г. Естественно, героям летать на «иномарке» было неприлично, и в кинофильме вместо «Хэмпдена» снимали Ли-2, загримированный под Ил-4.

Схема атаки вражеского конвоя торпедоносцами Северного флота в районе Сюльтефьорда в 12 ч. 22 м. 15 января 1943 г.
Что же касается обоих транспортов, потопленных 14 января, то в «Справочнике потерь…» эта информация фигурирует как «не вполне достоверная». Понятно, что в зарубежных источниках подтверждений нет.
Утром 15 января три Пе-3 обнаружили три вражеских конвоя. В воздух было поднято семь торпедоносцев — три Ил-4 и четыре «Хэмпдена». В 12 ч. 22 м. два Ил-4 в районе Сюльтефьорда с высоты 30 м и с дистанции 5 каб. сбросили две торпеды по конвою, шедшему на восток в составе трех транспортов, миноносца и двух сторожевых кораблей. Обе торпеды попали в транспорт в 5000 т, он взорвался и потонул.
В том же районе в точке с координатами ш. = 70º35'; д. = 30º30' два «Хэмпдена» в 13 ч. 40 м. сбросили две торпеды с высоты 30 м и дистанции 3 каб. по конвою противника, шедшему на восток в составе двух транспортов, миноносца и двух сторожевых кораблей. Летчики наблюдали попадание торпед в два транспорта по 4000–5000 т каждый и два взрыва.
В 13 ч. 37 м. один Ил-4 в Варангельфьорде (ш. = 70º06'; д. = 30º20') с высоты 30 м и дистанции 4 каб. потопил торпедой транспорт в 4000 т, шедший в охранении миноносца и сторожевого корабля курсом 340º.
В том же районе в 13 ч. 57 м. один «Хэмпден» с высоты 30 м и дистанции 5 каб. атаковал торпедой сторожевой корабль, экипаж наблюдал большой взрыв. Один «Хэмпден» возвратился на аэродром с торпедой.
Согласно «Хронике…» в результате этого вылета торпедоносцев были уничтожены четыре транспорта и сторожевой корабль противника общим водоизмещением 18 000 т.
«Справочник потерь…» за 15 января дает более скромный результат: один поврежденный транспорт (5000 т), да и тот «не вполне достоверно».
28 января с 14 ч. 54 м. до 17 ч. 06 м. два «Хэмпдена» летали на поиск вражеских транспортов в море и в 15 ч. 45 м. у м. Кибергнес в условиях низкой облачности и наступившей темноты атаковали конвой в составе 7–8 транспортов и одного миноносца. Один «Хэмпден» сбросил по транспорту торпеду, но результатов атаки не наблюдал. Второй самолет пошел в атаку на миноносец, но из-за неисправности электрооборудования торпеду не сбросил. Еще один «Хэмпден» вылетел для повторного удара по этому конвою, но из-за плохой погоды возвратился на аэродром.
29 января два разведчика Пе-2 обнаружили два конвоя: в 10 ч. 30 м. в районе Варсе — три транспорта и пять сторожевых кораблей, шедших курсом 90º; и в 11 ч. 45 м. в районе Гам-вика — пять транспортов, три сторожевых корабля и тральщик, шедших курсом 120º. В 12 ч. 20 м. в точке с координатами ш. = 71º08'; д. = 27º20' (в районе мыса Нордкин) транспорт и четыре сторожевых корабля, шедшие курсом 240º.
Для торпедной атаки обнаруженных транспортов были высланы три пары самолетов «Хэмпден». В 12 ч. 21 м. первая пара атаковала конвой в районе Вадсе и потопила транспорт в 100000 т. В 14 ч. 25 м. вторая пара в районе Берлевога атаковала пять транспортов и три сторожевых корабля. Были потоплены два транспорта — в 7000 и 12 000 т.
В 14 ч. 35 м. тот же конвой атаковала третья пара самолетов и потопила еще транспорт в 6000 т. Всего было уничтожено четыре транспорта водоизмещением 35 000 т.
В «Справочник потерь…» все 4 транспорта вошли как «не вполне достоверно» потопленные. Зарубежные источники также не подтверждают эти потопления.
В ходе этой операции потеряно три «Хемпдена» — экипажи капитана С.И. Трунова и старшего лейтенанта С.А. Малыгина погибли, капитан А.И. Островский сумел дотянуть до полуострова Рыбачий, где совершил посадку на «брюхо». 30 января два Ил-4 с 11 ч. 55 м. до 14 ч. 02 м. летали для нанесения торпедного удара по обнаруженным транспортам.
В 12 ч. 40 м. в районе мыса Кибергнес они обнаружили неприятельский конвой в составе транспорта и сторожевого катера и безуспешно атаковали его торпедами. Один Ил-4, обстреливавший транспорт пулеметным огнем, при развороте задел его мачту и обломал ее. Обломок мачты с антенной был обнаружен на самолете, когда он возвратился на аэродром. 31 января для атаки конвоя вылетели восемь торпедоносцев — шесть «Хэмпденов» и два Ил-4. Из них два «Хэмпдена» и два Ил-4 противника не нашли, а два «Хэмпдена» атаку не произвели из-за того, что корабли противника проходили слишком близко к берегу, а также из-за противодействия вражеской авиации. Один «Хэмпден» в 16 ч. 05 м. атаковал конвой в составе четырех транспортов и пяти сторожевых кораблей с высоты 300 м и дистанции 2 каб. и торпедой потопил транспорт в 8000 т. Один «Хэмпден» был сбит зенитным артиллерийским огнем конвоя в районе Сюльтефьорда.
Согласно «Справочнику потерь…» транспорт был только поврежден.
К 1 февраля 1943 г. в полку осталось только 11 «Хэмпденов». Из-за нехватки запчастей боеспособными было не более пяти. Тогда же на оставшихся машинах провели доработки — крыльевые баки оснастили системой заполнения выхлопными газами для уменьшения пожаробезопасности при простреле, доработали и усилили шасси, верхние турели с 7,69-мм «Виккерсами» заменили башнями УТК-1 с 12,7-мм пулеметом УБТ.
13февраляс 13 ч. 10 м.до 15 ч. 40 м. для атаки обнаруженного конвоя летали два Ил-4 и три «Хэмпдена» с прикрытием из четырех Пе-3, но конвоя не обнаружили и вернулись на аэродром с торпедами.
Один Ил-4 из-за перебоев мотора сбросил торпеду по сторожевому кораблю противника у маяка Маккаур и потопил его. Сторожевой корабль оказался поврежденной шхуной.
19 февраля вылетевшая на свободный поиск пара Ил-4 24-го мтап (ведущий — капитан Б.С. Громов, ведомый — старший лейтенант В.Н. Агафонов) в районе Хавниигберга с высоты 30 м и дистанции 2 каб. атаковала торпедами одиночный транспорт в 3000 т. и сфотографировала его потопление.
16 марта три Ил-4 (ведущий — командир 24-го мтап подполковник Н.Н. Ведмеденко) и пара торпедоносцев «Хэмпден», вылетев в сопровождении шести истребителей на поиск обнаруженного в Варангер-фьорде воздушной разведкой конвоя в составе четырех транспортов и трех кораблей охранения, в 14 ч. 42 м. в районе мыса Маккаур атаковали этот конвой, сбросив четыре торпеды. Честь экипажей наблюдала попадание торпеды, сброшенной командиром полка, в транспорт в 6000 т. По «Справочнику потерь…», потопление его числится «не вполне достоверным».
При возвращении из полета три торпедоносца и пять самолетов прикрытия произвели вынужденную посадку на аэродром Кильдин, причем Ил-4 командира полка скапотировал, и Н.Н. Ведмеденко погиб[24].
28 марта два Ил-4 и два «Хэмпдена» в сопровождении четырех Пе-3 с 11 ч. 24 м. до 15 ч. 00 м. в районе Конгсфьорда атаковали торпедами вражеский конвой в составе пяти транспортов и нескольких сторожевых кораблей, шедших курсом 120º. Летчики наблюдали три взрыва торпед, один из которых сфотографировали.
В «Справочнике потерь…» в этот день достоверно потоплено два транспорта по 4000 т, однако в западных источниках подтверждения этому нет.
25 апреля для атаки неприятельских кораблей в район Гамвика вылетели с торпедами пять «Хэмпденов» в сопровождении шести Пе-3. В 13 ч. 00 м. они атаковали этот конвой, шедший двумя группами в районе Конгсфьорда. По донесениям летчиков и агентурной разведки, были потоплены два транспорта, один в 10 000–12 000 т, а другой в 4000–5000 т и два сторожевых корабля или тральщика. В воздушном бою были сбиты один Не-115, один Me-110 и два наших Пе-3, а зенитная артиллерия кораблей противника сбила ведущий торпедоносец{43}.
Позже в «литературе» появились сведения об «огненном таране» и т. д. В «Боевой летописи Военно-морского флота» составители попытались «сгладить углы»: «В момент атаки в мотор самолета ведущего группы капитана В.Н. Киселева попал снаряд. Но, несмотря на то что весь самолет был объят пламенем, североморцы не свернули с боевого курса и, прорвав огневую завесу, поставленную вражескими кораблями, с минимальной дистанции сбросили торпеду по грузовому пароходу «Леезе» вместимостью 2624 брт. Пролетев над мачтами тонущего транспорта, экипаж направил свой самолет на ближайший корабль охранения, но, не долетев до него нескольких десятков метров, торпедоносец упал в воду»{44}.
Трем членам экипажа погибшего самолета 24 июля 1943 г. было присвоено звание Героев Советского Союза.
Кроме транспорта «Leesee» 25 апреля был потоплен транспорт «Штурцзее» вместимостью 708 брт.
В начале 1943 г. 24-й полк понес серьезные потери. Между тем с августа 1942 г. по октябрь 1943 г. Северный флот не получил ни одного Ил-4. Поэтому уцелевшие «Хэмпдены» свели в 1-ю эскадрилью полка, а Ил-4 остались в 3-й эскадрилье.
Между тем с декабря 1942 г. по январь 1943 г. на судах конвоев в Мурманск прибыло 43 американских бомбардировщика А-20В «Бостон». Из них 11 машин были переданы ВВС Северного флота. Семь «Бостонов» получил 24-й авиаполк, а четыре — 118-й отдельный разведывательный авиаполк. В 24-м полку «Бостонами» оснастили 2-ю эскадрилью, в которой ранее были «Хэмпдены». Первое время «Бостоны» использовались в качестве обычных бомбардировщиков, поскольку на них не были установлены торпедные мосты.
1 мая 1943 г. поздно вечером на поиск конвоя, обнаруженного воздушной разведкой, вылетели два Ил-4 и три «Хэмпдена» 24-го мтап в сопровождении десяти истребителей. Конвой (два транспорта, два танкера и семь кораблей охранения) был обнаружен у мыса Кибергнес. С воздуха конвой прикрывали шесть Me-100 и один Ju-88. Наши торпедоносцы вышли в атаку. Ведущий группы Ил-4 капитан В.П. Балашов и старший лейтенант К.Ф. Шкаруба, прорвавшись через интенсивный зенитный огонь, сбросили торпеды по транспортам в 8000 т и в 12 000 т. Летчики наблюдали потопление обоих транспортов.
Группа «Хэмпденов» в это время атаковала танкеры. Зенитным огнем корабельной артиллерии был сбит один «Хэмпден» ведущего группы старшего лейтенанта П.Н. Зайченко. Два других торпедоносца атаковали танкер в 10 000 т и предположительно добились попадания. Но на самом деле ни одно судно противника в этот день потоплено не было.
7 мая для торпедного удара по конвою с 17 ч. 55 м. до 20 ч. 30 м. летали два Ил-4, два «Хэмпдена», семь Пе-3 и три «Аэрокобры». В 18 ч. 55 м. они атаковали конвой в районе Босфьорда и потопили транспорт в 4000–6000 т и тральщик, однако оба — «не вполне достоверно».
8 воздушном бою были сбиты два Me-110, а один «Хэмпден» не вернулся на аэродром. Экипажи других самолетов наблюдали его падение в море в 3,5 милях от мыса Маккаур и посадку его экипажа на надувные шлюпки. Командиру подводной лодки Щ-403, находившемуся в районе мыса Нордкин, было приказано осмотреть этот район для оказания помощи летчикам. Но обнаружить экипаж так и не удалось.
23 мая в 15 ч. 30 м. на атаку конвоя были подняты четыре Ил-4 с торпедами, два Пе-3 в качестве топмачтовиков, один Пе-3 для фотографирования и восемь «Аэрокобр» для прикрытия. (Две «Аэрокобры» вскоре вернулись из-за неисправности матчасти.)
Конвой был обнаружен южнее Варде в районе мыса Кибергнес. С воздуха его прикрывали два Не-115 и шесть-восемь Ме-110. В 16 ч. 45 м. была подана команда «Атаковать транспорты противника». Вышедшие для постановки дымовой завесы самолеты Пе-3 сразу же были атакованы вражескими истребителями, и только один самолет успел поставить завесу, так как наши истребители сбили атаковавший его Ме-110. Второй Пе-3 вступил в бой с преследовавшим его самолетом противника. Наши самолеты прикрытия завязали бой севернее и южнее конвоя, и торпедоносцы вышли в атаку, не имея помех со стороны противника.
Головной транспорт был атакован двумя самолетами, два других транспорта — одиночными самолетами. Были выпущены четыре торпеды, из них одна попала в головной транспорт в 10 000–12 000 т.
По выходе из атаки на меридиане Вайтолахти на расстоянии 20–30 миль от берега наши торпедоносцы были атакованы истребителями Me-109, вылетевшими с аэродрома Луостари. Торпедоносцы отвернули на север и пошли в море. Один Ил-4 в бою был поврежден и шел на одном моторе, его летчик был ранен, стрелок-радист убит, второй стрелок-радист тяжело ранен. Подоспевшие «Аэрокобры» вступили в бой с вражескими истребителями и дали возможность торпедоносцам уйти. Поврежденный самолет возвращался на свой аэродром кратчайшим путем, но вынужден был сесть в Ура губе. Туда был послан МБР-2, который забрал штурмана и тела остальных членов экипажа (командир самолета к тому времени тоже умер). Ил-4 затонул на глубине 8 м.
В результате воздушного боя над конвоем были сбиты три Me-110 и один Не-115 и предположительно сбиты или получили серьезные повреждения два Me-110. В бою на отходе сбиты еще три Me-109. Наши потери: два Ил-4 и один «Аэрокобра».
Я привел версию «Хроники…», а в «Справочнике потерь…» о потопленных или поврежденных судах противника нет даже упоминания.
31 мая 1943 г. 24-й мтап был преобразован в 9-й гвардейский минно-торпедный полк.
С 23 ч. 15 м. 14 июня до Зч. 15 м. 15 июня два «Хэмпдена» летали на «свободную охоту» в Баренцевом море и в 1 ч. 15 м. в Лаксефьорде (ш. = 70º47'; д. = 26º55') атаковали торпедами неприятельский конвой в составе двух транспортов и танкера, шедших курсом 315º в охранении 6–8 сторожевых кораблей и тральщиков. С воздуха конвой прикрывали один Не-115 и один Me-110. В результате атаки были потоплены транспорт в 8000–10 000 т и танкер в 6000 т. При отходе самолеты были обстреляны зенитным огнем с кораблей охранения и получили по две-три пробоины.
Согласно «Справочнику потерь…» танкер в 6000 т потоплен достоверно, а транспорт потоплен «не вполне». Западных подтверждений вообще нет.
23 июня для торпедного удара по конвою в 7 часов утра вылетели один «Хэмпден» и два Ил-4 под прикрытием восьми «Аэрокобр». В 8 ч. 18 м. в районе Босфьорда торпедоносцы атаковали конвой, повредив два транспорта в 7000 и 4000 т.
В воздушном бою сбиты один Ме-110, два Me-109 и один FW-189. Наши потери: один самолет «Аэрокобра» и один Пе-3 были сбиты в бою, один «Хэмпден» капитана С.А. Макаревича, подбитый зенитной артиллерией, сел на воду в районе Пумманки и затонул, а летчиков подобрали из воды торпедные катера № 12 и № 13 и доставили в Пумманки.
По «Справочнику потерь…», достоверно потоплен один транспорт в 7000 т, но западные источники этого не подтверждают.
За первую половину 1943 г. противником было сбито 12 «Хэмпденов» и два Ил-4.
4 июля разведчик Пе-3 в 20 ч. 45 м. обнаружил в районе Варде четыре транспорта, восемь сторожевых кораблей и три тральщика противника, шедшие курсом 170º. В этом районе была облачность 10 баллов, высота облаков 1000 м и видимость более 20 миль. В 21 ч. 49 м. от самолета было получено второе донесение об этом конвое. Пе-3 с разведки не вернулся, его сбили истребители, прикрывавшие конвой.
Командующий ВВС Северного флота генерал-лейтенант А.Х. Андреев принял решение нанести по конвою торпедно-штурмовой удар в районе мыса Скальнес. Для выполнения этой задачи в 22 ч. 07 м. вылетели три самолета Ил-4 и два «Хэмпдена» с торпедами, а также два Ил-2 для подавления зенитного огня артиллерии кораблей прикрытия и семь «Аэрокобр» для прикрытия торпедоносцев и штурмовиков. Группой командовал командир 9-го гмтап гвардии майор Ф.В. Костькин.
Группа вылетела по маршруту Ваенга — мористее полуострова Рыбачий на пределе видимости береговой черты. В районе селения Зубовка самолеты попали в сплошной дождь, видимость уменьшилась до 2–3 каб. Истребители повернули на обратный курс и вернулись на аэродром. В районе Вайтолахти торпедоносцы и штурмовики вышли из зоны дождя, но оказались уже без прикрытия истребителей.
В 22 ч. 58 м. у мыса Скальнес самолеты обнаружили конвой противника, шедший в Киркенес. Конвой прикрывали шесть FW-190, четыре Ме-109иодинНе-115. Несмотря на сильный огонь корабельной зенитной артиллерии и атаки истребителей, все пять торпедоносцев сбросили свои торпеды по целям с высоты 20–30 м и дистанции 600–900 м. Штурмовики атаковали бомбами транспорты и обстреляли пушечно-пулеметным огнем корабли прикрытия. В результате удара майором Ф.Г. Шепиловым был потоплен транспорт в 8000 т и два транспорта повреждены. В «Справочнике потерь…» транспорт потоплен достоверно, но западные источники не подтверждают это потопление.
В воздушном бою были сбиты шесть Me-109 и один Не-115. Наши потери составили два «Хэмпдена», один Ил-2 и один Ил-4. Подбитые истребителями противника, они сели на воду в районе полуострова Рыбачий. Самолеты затонули, а экипажи были подобраны катерами.
В начале июля 1943 г. материальная часть 9-го гмтап полностью обновилась. В июле три Ил-4 были отправлены на аэродром Нарьян-Мар. Цель данного мероприятия заключалась в возможном противодействии крупным кораблям противника, если те попытаются сунуться в Карское море. Этого не произошло, и к сентябрю 1943 г. звено перебазировалось на аэродром в губе Белушья (о. Новая Земля), откуда осуществляло поиск подводных лодок противника в восточной части Баренцева моря. Там экипажи пробыли до февраля 1944 г. Последний и уже давно неисправный «Хэмпден» был списан 10 июля 1943 г.
Теперь в боевых действиях участвовали в основном «Бостоны». В том же июле 1943 г. на Север поступили 15 «Бостонов» серии G, они самостоятельно перелетели из Аляски по трассе «Алсиб». Полк был вынужден сформировать из своего состава перегоночную команду, которая сама летала за матчастью на сибирские аэродромы. Еще 10 «Бостонов» тем же маршрутом прибыли в августе 1943 г., часть из них попала в 118-й орап.
В первый боевой вылет с торпедами «Бостоны» отправились 17 июля. Для атаки конвоя вылетели три «Бостона» (ведущий — капитан А.И. Островский) под прикрытием пяти «Аэрокобр». Однако истребители вернулись из района Гам-вика, поскольку запас горючего был на исходе. В 23 ч. 32 м. в районе Лаксфьорда в точке с координатами ш. = 71º08'; д = 27º00' торпедоносцы обнаружили один транспорт в 4000–6000 т, шедший в охранении двух сторожевых кораблей, и атаковали его. Экипажи наблюдали взрыв и потопление транспорта. Над конвоем один «Бостон» был сбит огнем корабельной зенитной артиллерии. Согласно же «Справочнику потерь…», транспорт был потоплен «не вполне».
Следующий вылет «Бостонов» состоялся 20 июля. В 13 ч. 50 м. разведчик Пе-3 в районе Танафьорда обнаружил конвой противника (три транспорта, танкер, миноносец, пять сторожевых кораблей и три сторожевых катера), шедший курсом 120º.
Для уничтожения этого конвоя с аэродромов Ваенга-1 и Ваенга-2 вылетели четыре торпедоносца «Бостон» (ведущий — капитан А.З. Величкин) и 13 бомбардировщиков Пе-2 (ведущий — майор А.П. Цецорин) под прикрытием девяти «Аэрокобр» и шестнадцати Як-1.
Самолеты сблизились с конвоем, когда он уже начал входить в пролив Буссесунд. Торпедоносцы на бреющем полете прошли над островами Варде, откуда по ним открыли огонь зенитные батареи. Не имея возможности для маневра в узком проливе, ведущий группы решил нацелить удар на миноносец (им оказался тральщик М-343), замыкавший ордер каравана. Корабль лег в циркуляцию и последовательно уклонился от всех восьми торпед, сброшенных с большой дистанции (1700–2500 м).
Тем не менее летчики доложили о взрыве, якобы наблюдавшемся на транспорте в 4000 т. Штурмовики, пилотируемые подполковником Шемякиным и майором Литвиновым, тем временем атаковали зенитные батареи на островах Варде, но противнику все же удалось подбить торпедоносец капитана Гусева. Поврежденный самолет сел на воду в 15 милях восточнее Варде. Экипаж, кроме погибшего в воздухе стрелка-радиста, перебрался в резиновую шлюпку и направился к полуострову Рыбачий.
Спустя двое суток шлюпку обнаружил торпедный катер No 12. Но из-за долгого пребывания в холодной воде при температуре +7 штурман старший лейтенант В. Мацко умер от переохлаждения еще в море, а воздушный стрелок М. Цветков с перебитой ногой скончался уже в госпитале. Выжил только летчик капитан Гусев, который после лечения вернулся в свой полк и продолжил воевать на торпедоносце.
Несмотря на потери, в этот день, 20 июля, нашим летчикам не удалось потопить ни одного судна противника.
22 июля разведчик Пе-3 в 19 ч. 15 м. в районе мыса Нордкин обнаружил конвой противника в составе трех транспортов, шести сторожевых кораблей и пяти сторожевых катеров, шедших курсом 120º.
В 21 ч. 30 м. для уничтожения этого конвоя с аэродрома Ваенга вылетели четыре торпедоносца «Бостон» (ведущий — капитан А.З. Величкин) в сопровождении пяти «Аэрокобр».
Один «Бостон» и один истребитель «Аэрокобра» из-за неисправности матчасти вернулись, не долетев до цели. В 22 ч. 50 м. в районе Берлевога торпедоносцы атаковали конвой.
Тут автору предоставляется возможность предоставить описание боя из книги «Минные заградители» (Kutzleben, Schroeder, Brenneke. Minenschiffe 1939–1945. Herford, 1982).
«Название «Перлен Гефишт» означало противолодочное минное заграждение в районе Вардё, выставленное для защиты коммуникации, снабжавшей северный фланг Восточного фронта. Для выставления этого заграждения минные заградители «Кайзер» и «Остмарк» приняли по 150 противолодочных мин UMB. Командование осуществлял корветтен-капитан Р.Х. Бём, командир «Кайзера». В качестве охранения были выделены тральщики М-361, М-302, М-364 и М-272. Соединение вышло из Тромсё 21.07.1943. В районе Хоннингсвога к соединению присоединились охотники за подводными лодками Uj 1202, Uj 1209 и NH 06. Воздушное охранение осуществлял один BV138.
В 18.02[25] 22.7.1943 над соединением на высоте 4500 м пролетел русский разведчик. Сразу затребованное истребительное прикрытие появилось в 21.23 в лице двух Bf 110. Так как самолеты слишком поздно дали опознавательный сигнал, они подверглись короткому и, слава Богу, безуспешному обстрелу с «Остмарка» и тральщиков.
Минные заградители шли строем фронта. Перед каждым заградителем шло по одному тральщику. Два тральщика и три охотника обеспечивали противолодочное прикрытие. Предусмотренная на переход скорость 12 узлов не могла поддерживаться, поскольку скорость охотников не превышала 10 узлов. Разведывательное донесение русского самолета, переданное морской радиостанцией Киркенеса в 20.00 гласило: «18.15 (19.15 по московскому времени) три транспорта, шесть кораблей охранения, курс 120º, скорость 6 узлов, район мыса Нордкин».
Было ясно, что подразумевалось соединение минных заградителей. В 21.43 по направлению 60º был замечен полк вражеских самолетов — соединение, приготовившееся к сбрасыванию торпед на низкой высоте. При приближении выяснилось, что оно состояло из трех торпедоносцев и девяти истребителей. Как только машины оказались в пределах досягаемости, по ним был открыт огонь. Торпедоносцы продолжали полет на малой высоте, а истребители ушли вверх, добившись разделения огня. Торпедоносцы сбросили с дистанции от 1000 до 1200 м три торпеды. Минный заградитель «Остмарк» круто повернул на точку, где были сброшены торпеды. Две торпеды прошли параллельно борту судна на расстоянии 30 и 80 метров. Третья прошла в трех метрах от кормы «Кайзера».
Русские истребители поддерживали торпедный удар, пролетев над кораблями на высоте 50 метров. Искусное разделение огня между торпедоносцами и истребителями вынудило сбросить торпеды преждевременно, так что удалось уклониться от всех торпед. Один вражеский торпедоносец получил три попадания с «Остмарка» и ушел с дымным шлейфом. Сбрасывание бомб успеха не имело. Соединение не получило никаких повреждений».
Это описание, за исключением ряда деталей, соответствует версии «Хроники…», но отличается в главном — оценкой результатов боя. Реально, по данным нашей аэрофотосъемки, торпедоносцы сбросили торпеды не с 1000–1200 м, как считали немцы, а с дистанции от 2100 до 3500 м. По «Хронике…», было потоплено два транспорта.
Не проведя, как и почти всегда, необходимой проверки показаний летчиков, командование ВВС Северного флота допустило серьезный просчет. Разве нельзя было послать разведчик Пе-3 проверить факт разгрома конвоя и выяснить, куда держат путь уцелевшие суда?
А «потопленные» германские корабли вскоре выставили, как и планировали, 300 мин в районе Перефьорда. Возможно, что пропавшая без вести в феврале 1944 г. подводная лодка М-108 погибла именно на этом заграждении.
В 12 ч. 37 м. 5 августа три торпедоносца «Бостон» (ведущий — капитан А.П. Адинсков) под прикрытием восьми «Аэрокобр» вылетели с аэродрома Ваенга-1 и нанесли торпедный удар по судам противника. Зенитным огнем охотников был сбит «Бостон» младшего лейтенанта Емельяненко. По немецким данным, две из трех сброшенных торпед взорвались при ударе о береговые скалы. После отражения налета охотники подошли к точке падения самолета Емельяненко и подняли из воды его экипаж, двое были мертвы, а один летчик ранен.
10 августа разведчик А-20 в 18 ч. 55 м. в районе мыса Нордкин обнаружил четыре транспорта, три тральщика, четыре сторожевых корабля и четыре сторожевых катера, шедшие курсом на восток. С воздуха конвой прикрывали восемь Ме-110, четыре FW-190 и два Не-115.
В 21 ч. 15 м. два торпедоносца «Бостон» (ведущий — капитан А.П. Адинсков) под прикрытием восьми «Аэрокобр» вылетели с аэродрома Ваенга-1 для торпедной атаки обнаруженного конвоя.
На самом деле транспорты оказались уже знакомыми нам минными заградителями «Кайзер» и «Остмарк», которые несли полный запас противолодочных мин для постановки в Варангерфьорде. Немецкое командование сделало правильные выводы из предыдущего боя и усилило охранение. Теперь заградители прикрывали шесть тральщиков и три охотника. В 18 ч. 55 м. был обнаружен советский разведчик. На этот раз корветтен-капитан Бём действовал более расторопно. Он отпустил связывавших ход соединения охотников, приказал выбрать тралы и, увеличив ход до 14 узлов, начал движение противолодочным зигзагом. Одновременно было усилено воздушное прикрытие — к моменту появления наших самолетов оно выросло с одного BV-138 и двух Me-110 до двух BV-138, шести Me-110 и шести Me-109.
В 22 ч. 19 м. (по московскому времени) появившиеся советские самолеты были атакованы германскими истребителями. Торпедоносцы сбросил торпеды с дистанции 3000—3500 м. Немцы заметили всего два торпедных следа, от которых корабли легко увернулись.
Несмотря на большую дистанцию и ограниченную видимость, Адинсков впоследствии утверждал, что его торпеда попала в транспорт, а Величкин доложил, что потопил своей торпедой тральщик.
При отходе «Бостон» Адинскова получил несколько попаданий зенитных снарядов, а затем подвергся атакам Ме-110 и Me-109. Однако летчик все же дотянул на поврежденной машине почти до самой береговой черты Рыбачьего. После приводнения торпедоносца наши катера подобрали летчика и воздушного стрелка, штурман и второй стрелок утонули вместе с машиной.
Немцы в воздушном бою потеряли один Me-110G из 9/JG 5, пилотируемый унтер-офицером Лайберсбергером. Он был сбит «Аэрокобрами» 255-го иап.
И опять командование ВВС Северного флота поверило летчикам, «потопившим» четырьмя торпедами транспорт в 4000 т и тральщик в 800 т. А «Кайзер» и «Остмарк» утром 11 августа выставили в Варангерфьорде два минных заграждения, состоявшие из 441 мины UMB. Видимо, именно на них погибли гвардейские подводные лодки М-172 и М-174, исчезнувшие в этом районе в октябре 1943 г.
26 августа наш самолет-разведчик в 12 ч. 50 м. в районе мыса Кибергнес обнаружил конвой противника в составе четырех транспортов, двух миноносцев, восьми сторожевых кораблей, пяти тральщиков и шести сторожевых катеров, шедший на запад. С воздуха конвой прикрывали шесть Me-110 и четыре Me-109.
Для уничтожения этого конвоя с аэродрома Ваенга-1 вылетели три «Бостона» с торпедами под прикрытием восьми «Аэрокобр» и четыре Ил-2 с бомбами под прикрытием восьми Як-1.
В 17 ч. 03 м. в районе Сюльтефьорда торпедоносцы атаковали конвой и потопили транспорт в 6000 т, еще один транспорт был поврежден.
На самом деле советские торпедоносцы сбросили торпеды на дистанции 3800–4200 м. Напомню, что максимальная дальность хода торпед 45–36АН как раз составляла 4000 м. Так что шансов попасть в транспорты у летчиков не было, тем не менее они предоставили даже фотографии тонущих кораблей.
В последовавшем воздушном бою были сбиты три истребителя «Аэрокобра», один Як-1, три «Харрикейна» и три штурмовика Ил-2. По сообщениям наших летчиков, они сбили 18 германских истребителей (пять FW-190, четыре Ме-110 и девять Me-109). По германским же данным, все истребители благополучно вернулись на свой аэродром.
Успех немцев стал результатом улучшения системы истребительного обеспечения перехода конвоев, проведенной немцами в конце лета 1943 г. Суть ее заключалась: во-первых, немцы ввели в строй три новых аэродрома подскока — Свартнес (район Варде), Берлевог и и Гамвик, позволявших обеспечивать переход конвоев на всем опасном участке маршрута одномоторными истребителями. Во-вторых, была налажена система радиоразведки и радиоперехвата (противник оперативно пеленговал, расшифровывал и переводил весь наш радиообмен — сообщения самолетов-разведчиков, ведущих групп и т. д., который осуществлялся по примитивной таблице условных сигналов или даже открытым текстом). И в-третьих, немцы установили радиолокационные станции обнаружения воздушных целей типа «Вюрцбург» на полуострове Рыбачий и в районе Варде.
Наличие РЛС в этих районах позволяло отслеживать советские самолеты с момента их взлета с аэродрома Ваенга вплоть до момента сближения с конвоем. Благодаря новой схеме, немцы получили возможность отслеживать все действия нашей авиации в «реальном времени» и в кратчайшие сроки стягивать в район конвоя истребители, постоянно базировавшиеся на аэродромах Луостари и Хебуктен.
В конце августа 1943 г. завершилось переоборудование в торпедоносцы «Бостонов» модификации А-20Ж. Первое боевое применение А-20Ж состоялось 28 августа. В этот день самолет-разведчик «Бостон» обнаружил небольшой конвой, идущий на восток. Это была совершавшая переход в Киркенес группа охотников за подлодками, к которой присоединился финский каботажный теплоход «Карьяла» и несколько мелких норвежских судов. Для удара по ним командование 5-й минно-торпедной авиадивизии выделило четыре А-20Ж под командованием капитана С. Макаревича в сопровождении девяти «Яков» и «Аэрокобр». Неизвестно, обнаружили ли германские РЛС вылет наших самолетов, но никакого истребительного прикрытия караван не имел.
Как писал Мирослав Морозов: «Самолеты развернулись строем фронта и атаковали различные цели с одного направления. Капитан Макаревич и старший лейтенант В. Пирогов с дистанции около 1000 м нацелились на «транспорт в 6000 т», капитан Китов с дистанции 600–800 м — на «транспорт в 4000 т». Отставший от общего строя старший лейтенант Н. Зайцев сбросил торпеду одновременно с остальными торпедоносцами в тот момент, когда дистанция между ним и конвоем составляла 3200 м. Судя по снимку, сделанному автоматическим фотоаппаратом в этот момент, он вообще никуда не целился.
Что касается двух первых самолетов, то на сделанных ими снимках красуется удирающий рыболовный траулер, который в штабе ВВС Северного флота недрогнувшей рукой подписали как «транспорт в 2–3 тысячи тонн». Этим кораблем мог являться один из трех мобилизованных охотников (UJ 1202, UJ 1206 или UJ 1207), ни один из которых в тот день не погиб. Очевидно, кораблю все-таки удалось в последний момент повернуться к торпеде винтами.
Самолет впервые участвовавшего в торпедной атаке капитана Китова имел неосторожность сильно сблизиться с судами и, после сброса торпеды, пролететь над охотником. В результате многочисленных попаданий «Бостон» загорелся и рухнул в воду. Второй жертвой стал один из «яков» сопровождения, упавший по неизвестной причине у побережья Рыбачьего.
Как видно из данного примера, примитивность замысла удара и недостаточная подготовка летчиков воспрепятствовали достижению успеха, даже несмотря на относительно малую дистанцию сброса. А ведь все могло быть иначе, если бы группа была готова к тому, чтобы разделиться и атаковать цели одновременно с двух бортов. Однако для этого летчикам просто не хватило умения…»{45}
6 сентября 15 ч. 50 м. воздушный разведчик Пе-3 донес об обнаружении в районе Гамвика конвоя противника в составе трех транспортов, двух миноносцев, шести сторожевых кораблей, четырех тральщиков и двух сторожевых катеров. С воздуха конвой прикрывали пять истребителей. Метеорологическая обстановка — облачность 6 баллов высотой 600 м — благоприятствовала применению низких торпедоносцев.
Командиру 5-й минно-торпедной авиадивизии полковнику Н.М. Кидалинскому командующий ВВС Северного флота поставил задачу организовать торпедный удар по конвою, обеспечив действия торпедоносцев штурмовиками и истребителями. В качестве ударной выделялась группа из четырех «Бостонов» с одной торпедой на каждом, четырех «Бостонов» в качестве штурмовиков, четырех «Аэрокобр» в качестве ударной группы, трех «Аэрокобр» для непосредственного прикрытия торпедоносцев, шести «Харрикейнов» в качестве демонстративной группы и двух Пе-2 для фиксации результатов удара.
В 18 ч. 10 м. взлетела демонстративная группа для удара по аэродрому Луостари и один Пе-2 для доразведки цели. С 18 ч. 31 м. до 18 ч. 41 м. поднялись в воздух восемь «Бостонов» и сопровождавшие их истребители. Демонстративный полет истребителей достиг своей цели. Две группы истребителей противника держались в районе полуострова Рыбачий и не были направлены к конвою для отражения атак торпедоносцев, но в 19 ч. 24 м., поданным радиоперехвата, на аэродроме Луостари была объявлена тревога. В 19 ч. 40 м. пост ВНОС[26] Вайтолахти обнаружил на высоте 1000 м 11 истребителей Me-190, идущих курсом 330º. В 20 ч. 00 м. пост ВНОС Цып-Наволок обнаружил девять истребителей Me-109.
Данные радиоперехвата и постов ВНОС были переданы по радио торпедоносцам, которые находились в это время у цели. Ударная группа обнаружила конвой в 19 ч. 42 м. С воздуха конвой прикрывали шесть истребителей — три Me-109 и три Me-110. Ведущий торпедоносцев подал сигнал атаки на дистанции от конвоя 15–20 км. В строю пеленга «Бостоны» сблизились с двумя последними транспортами. В это время штурмовики пушечно-пулеметным огнем атаковали сторожевые корабли и катера охранения. Истребители противника тремя группами атаковали торпедоносцы, но были отогнаны истребителями сопровождения.
В 19 ч. 46 м. были сброшены торпеды: ведущим — капитаном Островским — по концевому транспорту, тремя его ведомыми — по среднему транспорту. Выход из атаки каждым торпедоносцем осуществлялся самостоятельно. По донесениям экипажей, транспорт в 5000 т, атакованный ведущим, был потоплен, второй транспорт поврежден.
«Средним транспортом» был минный заградитель «Роланд». Он и пять сопровождавших его тральщиков в 3 ч. 45 м. покинули рейд Хаммерфеста для постановки дополнительного противолодочного минного заграждения перед входом в Перефьорд.
Капитану Островскому, несмотря на повреждения самолета, удалось сблизиться с целью на 700 м, летчику Зайцеву—на 1000 м, а двум остальным — лишь на 1800 м. По свидетельству командира корабля капитана 2-го ранга Вестеркампа, две торпеды приближались к «Роланду» с кормы с обоих бортов. Казалось, что уклониться от них невозможно. Вестеркамп даже приказал покинуть кормовую часть, ожидая неизбежного взрыва. Внезапно торпеда, приближавшаяся со стороны левого борта, затонула, не дойдя 50 м до цели. Сразу после этого командир минного заградителя положил руль на левый борт и дал полный назад. Столкнувшись с кильватерной струей, последняя торпеда немного изменила курс и прошла параллельно правому борту на расстоянии всего около полуметра.
Очевидно, что попытка атаковать цель с кормовых курсовых углов значительно облегчила немцам маневр уклонения и серьезно уменьшила шансы торпедоносцев на успех. В результате наибольшие потери немецкий отряд понес от пушечно-пулеметного огня штурмовиков. На «Роланде» им был убит один, на тральщиках — три человека, еще 20 моряков со всего соединения получили ранения различной тяжести.
В число потерь германской стороны следует включить и экипаж одного из Ме-110, сбитого в воздушном бою (по немецким данным, он столкнулся с «Аэрокоброй»). Летчиков второго Me-110, упавшего в воду, удалось спасти.
Кроме торпедоносца капитана Островского, приземлившегося в Ваенге на фюзеляж, огнем зенитной артиллерии был сбит «Бостон» старшего лейтенанта Сарыкова и одна «Аэрокобра» сопровождения.
20 сентября в 08 ч. 17 м. пост ВНОС Пумманки по пеленгу 295 обнаружил вражеский конвой, шедший курсом на Вардё. В 09 ч. 14 м. для уточнения данных о конвое в Варангерфьорд вылетели два «Харрикейна», которые из-за низкой облачности и снежных зарядов никого не нашли. Следующая группа разведчиков вылетела лишь через 2,5 часа. В 12 ч. 05 м. в районе Перефьорда пара Як-1 обнаружила группу кораблей противника в составе шести крупных и нескольких малых судов. Курс ее движения установить не удалось. Данные об обнаруженных кораблях поступили на командный пункт ВВС Северного флота только в 13 ч. 30 м., хотя разведчики произвели посадку в 12 ч. 45 м. По непонятной причине истребители не воспользовались радио, а 45-минутная задержка после их посадки объяснялась неспособностью штаба 6-й истребительной авиадивизии быстро собрать и передать «наверх» необходимые сведения.
Уже в эти часы командующий ВВС Северного флота генерал-майор авиации А.Х. Андреев определил предварительный замысел действий против конвоя. В принципе он повторял замысел предыдущей операции, за исключением того, что роль штурмовиков теперь исполняли Ил-2. С целью отвлечения части истребителей противника от конвоя планировалось выслать группу истребителей для удара по аэродрому Свартнес.
Как писал М. Морозов: «Организация удара была возложена на командира 5-й мтад. Предварительное распоряжение ему передали еще в 13.45. В 13.50 начальник штаба дивизии поставил задачи командирам 9-го гмтап и 255-го иап. Группа непосредственного прикрытия торпедоносцев состояла из шести истребителей 255-го иап, группа воздушного боя — из шести Як-1 и четырех только что полученных ВВС Северного флота Як-9 20-го иап 6-й иад, которые временно придавались командиру 5-й мтад.
В 14.32 начальник штаба 5-й мтад, минуя командира 9-го гмтап, который являлся ведущим группы торпедоносцев, поставил задачу ведущему группы 20-го иап майору Томашевскому. О том, кто является руководителем всех групп в воздухе, Томашевскому не сообщили.
В спешке забыли об установлении ТУС для связи между ведущим торпедоносцев и ведущим группы воздушного боя. Впрочем, как показали дальнейшие события, командир 9-го гмтап Костькин все равно не пытался воспользоваться радио даже для связи внутри своей группы.
Кроме того, следует отметить, что 20-й иап действовал на Северном театре еще в 1942 году, но после понесенных потерь был отведен в тыл на пополнение и вернулся на фронт только в июне 43-го. Большинство его летчиков составляли молодые пилоты, недостаточно знакомые с особенностями действий на заполярном театре военных действий и эксплуатации новой техники.
В 15.20 для выполнения задачи вылетело семь «Бостонов» и шесть «Аэркобр» прикрытия. Через минуту с аэродрома Ваенга-2 взлетели «яки». Маршрут полета торпедоносцев проходил через Цып-Наволок, затем — в 30–40 км севернее полуострова Рыбачий и дальше морем в район цели с расчетом атаковать конвой со стороны моря. Один «Бостон» из-за неисправности возвратился на аэродром. Торпедоносцы и истребители непосредственного прикрытия шли на высоте 30–70 м.
На такой же высоте первоначально шла и группа воздушного боя. Длительный полет над морем — достаточно непростое испытание даже для опытного летчика. Поддерживать заданную высоту, когда серое небо почти сливается со свинцовой водой и не видна линия горизонта, весьма непросто. Высотомер может давать отклонения, поскольку, выставленный на атмосферное давление в районе аэродрома, он неизбежно врет при полете над другими районами. Короче говоря, чтобы не слишком утомлять экипажи, майор Томашевский вскоре поднял свою группу на высоту 400–600 м.
По-видимому, именно в этот момент противник и обнаружил наши самолеты посредством РЛС. В 16.05 и в 16.20 наша станция радиоперехвата засекла вражеские сообщения, из которых стало известно, что противник направил свои истребители в район Вардё для отражения налета. В дальнейшем можно было отслеживать, как вражеские операторы наводили «Мессершмитты» и «Фокке-Вульфы» на перехват.
Обнаружив конвой в районе Конгсфьорда, торпедоносцы и истребители легли на курс сближения.
Не доходя до цели 10–12 км, они были встречены тремя группами FW-190 и Ме-109, всего — до 30 машин. Группа воздушного боя отстала от «Бостонов», в результате чего истребители непосредственного прикрытия были вынуждены вступить в бой с противником. Торпедоносцы, оставшиеся без эскорта, продолжили полет к цели и попали под удар других групп перехватчиков.
В 16.33 «Бостоны» начали атаку. Два из них были сразу же подбиты, однако все сбросили торпеды: два — по одному транспорту, остальные — каждый по своей цели (два по транспортам и последние два по сторожевым кораблям). Дистанция сброса торпед осталась неизвестной (у старшего лейтенанта Казакова — примерно 3000 м), но, судя по всему, она была довольно большой, если не предельной. Неудивительно, что ни одна торпеда не попала. Выход из атаки производился неправильно — разворотом в направлении движения конвоя, благодаря чему корабли конвоя обстреливали наши машины еще несколько минут.
Результат не замедлил сказаться. Два подбитых А-20 (командиры экипажей капитан К. Яковлев и старший лейтенант Б. Васильев) вспыхнули и упали в море сразу после сброса торпед, а два других (командира 9-го гмтап майора Ф. Костькина и старшего лейтенанта Н. Малеева) были сбиты истребителями противника на отходе. Строй наших самолетов окончательно рассыпался, каждый вел бой самостоятельно. Торпедоносец капитана Островского, подбитый над целью, при возвращении передал по радио, что из-за отсутствия горючего пошел на вынужденную посадку в море. Два МБР-2, вылетевшие на поиск, его не нашли. Только один торпедоносец из шести — старшего лейтенанта В. Казакова — возвратился на аэродром с сильнейшими повреждениями.
Воздушный бой между истребителями закончился «вничью» — мы потеряли одну «Аэрокобру», противник — один Me- 109G. Оба пилота погибли. Следует отметить, что «Яки» группы воздушного боя, сильно оторвавшиеся от ударной группы, вступили в схватку только тогда, когда «Мессершмитты» начали преследование удалявшихся советских самолетов. В результате один Як-1 был подбит и сел на воду у побережья Рыбачьего, а его пилота спас торпедный катер.
Также безуспешно действовала группа, выделенная для демонстративных действий. Только в 18.15 она атаковала аэродром Свартнес, сбросив на него четыре бомбы АО-25. Противник откликнулся на вызов — в 18.27 восточнее Свартнеса четыре наших «Харрикейна» провели воздушный бой с шестью «Мессершмиттами», потеряв один истребитель.
Как бы ни были чувствительны потери среди истребителей, для 9-го гмтап они оказались просто катастрофическими. Часть лишилась командира и пяти экипажей, фактически утратив боеспособность. К тому времени полк потерял в боях уже 11 А-20 (еще один был разбит в ходе учебного вылета), из экипажей которых спаслось лишь два серьезно пострадавших пилота»{46}.
1 октября в 5 ч. 24 м. на «свободную охоту» в море вылетел с торпедой один «Бостон», пилотируемый старшим лейтенантом Л.М. Наконечным, и в 7 ч. 46 м. в порту Хоннингсвог обнаружил транспорт противника в 6000 т в охранении сторожевого корабля и трех сторожевых катеров. Транспорт был атакован торпедой с высоты 36 м и потоплен, а самолет в 9 ч. 25 м. благополучно возвратился на свой аэродром. Но, по «Справочнику потерь…», это потопление «не вполне достоверно».
В тот же день в 14 ч. 20 м. на крейсерство у побережья Норвегии вылетел другой «Бостон», но целей не нашел и в 19 ч. 15 м. вернулся на аэродром с торпедой.
7 октября новым командиром 9-го гмтап был назначен майор Б.П. Сыромятников.
13 октября в 08 ч. 55 м. «Бостон» из 118-го орап в районе Босфьорда обнаружил направлявшийся в Варангерфьорд вражеский конвой в составе трех транспортов, двух миноносцев, шести сторожевых кораблей, шести тральщиков и семи сторожевых катеров. С воздуха конвой прикрывали четыре истребителя. Впоследствии для слежения за караваном высылались еще три пары разведывательных «яков», внезапности нападения достичь не удалось.
Командующий ВВС флота решил атаковать конвой комбинированным ударом групп штурмовиков, пикирующих бомбардировщиков и торпедоносцев, которые должны были действовать эшелонирован но по высоте, с небольшими временными интервалами и с разных направлений. Толи из-за нехватки подготовленных к низкому торпедометанию пилотов, то ли не веря в их способность преодолеть сильный зенитный огонь крупного конвоя, командование решило разделить группу из шести торпедоносцев поровну на низкие и высотные.
Напомню, что «высокие» торпеды не применялись ВВС Северного флота для атаки конвоя в море в светлое время суток с июня 1942 г.
«Уже в 09.45 командирам соединений и частей были даны предварительные распоряжения о подготовке самолетов к вылету.
Однако по непонятным причинам процесс уточнения элементов движения и состава конвоя затянулся на четыре часа, за которые корабли успели войти в Варангерфьорд, в зону досягаемости истребителей 5-й эскадры с аэродромов Хебуктен и Луостари. Сразу после появления первых советских самолетов в районе конвоя на аэродромах была объявлена тревога, после чего в воздух поднялись 22 «Мессершмитта» из III/JG 5.
Первыми в 14.58 на траверзе мыса Кибергнес вышли в атаку шесть Ил-2 46-го шап под прикрытием 10 истребителей. Им удалось добиться попадания 100-кг бомбы в транспорт «Амстердам» (3655 брт), который получил незначительные повреждения. Во время воздушного боя с несколькими группами вражеских истребителей, разыгравшегося в ходе атаки, наши летчики потеряли два Як-1 и один Ил-2, который приводнился в Варангерфьорде. Три «Ила» получили тяжелые повреждения от зенитного огня.
Через 4 минуты удар по конвою с высоты 3000 м нанесли пять Пе-2 29-го бап. Бомбардировка производилась с горизонтального полета и не увенчалась успехом. Прикрывавшая эту группу шестерка Як-9 20-го иап вела бой с 12–14 Me-109. С задания не вернулся Пе-2, сбитый зенитным огнем кораблей. Для отражения этой неудачной атаки часть немецких истребителей поднялась на большую высоту. В результате, когда спустя три минуты к конвою приблизилась тройка высотных торпедоносцев во главе с майором С. Литвиновым, она сразу же подверглась ожесточенному нападению. Уже после сбрасывания торпед «Мессершмиттам» удалось сбить «Бостон» капитана А. Величкина и одну из «Аэрокобр» воздушного эскорта. Машина старшего лейтенанта Перегудо-ва получила тяжелые повреждения, но смогла дотянуть до аэродрома.
Завершила как всегда безуспешные удары по конвою тройка низких торпедоносцев капитана С. Макаревича. К тому моменту предыдущие группы наших самолетов, отражая атаки истребителей, всеми силами пытались выйти из боя. В этой суматохе торпедоносцам удалось прорваться к каравану, но мощь его зенитного огня оказалась несопоставима с составом атакующей группы. «Бостон» Макаревича был сбит огнем охотника Uj-1207 еще при прорыве внешней линии охранения, другой — сосредоточенным огнем всех кораблей — при выходе на дистанцию залпа. Погибли экипажи ветерана торпедных атак капитана С. Макаревича и младшего лейтенанта Чужанкова, для которого этот бой стал первым и последним одновременно. Лишь младшему лейтенанту Лопатину удалось вернуться на родной аэродром, да и то лишь потому, что он избавился от торпеды на безопасной для кораблей дистанции 5600 м.
По результатам боя немецкие истребители доложили о 12 воздушных победах, корабли охранения — еще о четырех. Если включить в число наших потерь тяжело поврежденные машины, то можно признать, что вражеские летчики и зенитчики не так уж сильно погрешили против истины. Реально мы лишились девяти самолетов. Наиболее тяжелые потери понесли торпедоносцы — погибла половина участвовавших в налете экипажей. Кроме того, в воды Баренцева моря упали два Як-1, две «Аэрокобры», по одному Ил-2 и Пе-2.
Ни один из немецких истребителей не был сбит. Потери имелись лишь на кораблях охранения, где погиб один человек и еще шестеро получили ранения. Кроме транспорта «Амстердам», незначительно пострадал норвежский пароход «Кора» (817 брт), машина которого вышла из строя в результате близкого разрыва авиабомбы (по всей вероятности, одной из ФАБ-250, сброшенных Пе-2).
Несмотря на тяжелые потери, командование ВВС Северного флота было довольно результатами атаки. Ведь, судя по докладам пилотов, в результате налета был потоплен 10 000-тонный транспорт и сторожевой корабль, а еще один 5000-тонный транспорт получил повреждения! Считалось, что крупный транспорт был поврежден высотной торпедой, и это позволило низковысотным торпедоносцам добить его»{47}.
Из-за наступления полярной ночи и больших потерь в торпедоносцах командование ВВС Северного флота не проводило групповых полетов торпедоносцев до весны 1944 г. Лишь одиночные машины эпизодически вылетали на «свободную охоту».
Так, 24 ноября 1943 г. с 9 ч. 00 м. до 13 ч. 08 м. самолет «Бостон», пилотируемый майором С.К. Литвиновым, вылетал с торпедой на «свободную охоту» в море и в 10 ч. 33 м. в районе Хоннингсвога атаковал с высоты 25–30 м и дистанции 5 каб. транспорт противника в 6000 т, шедший курсом 80º в охранении двух сторожевых кораблей. Летчики наблюдали большой взрыв и потопление транспорта. При отходе самолет был обстрелян зенитным огнем артиллерии кораблей охранения.
С 11 ч. 25 м. до 15 ч. 23 м. на «свободную охоту» в море вылетал другой «Бостон», пилотируемый старшим лейтенантом В.В. Пироговым. В 13 ч. 18 м. в проливе Ролвсейсунн он обнаружил конвой противника в составе трех транспортов и танкера в охранении двух сторожевых кораблей и двух тральщиков, шедших курсом 225º. С высоты 30 м и дистанции 4 каб. Пирогов выпустил торпеду в танкер в 6000 т, который затонул. При отходе «Бостон» был обстрелян сильным зенитным огнем с кораблей охранения и получил повреждения, но благополучно вернулся на свой аэродром.
Потопления в этот день транспорта и танкера в «Справочнике потерь…» числятся как «не вполне достоверные».
25 ноября с 8 ч. 42 м. до 15 ч. 57 м. четыре «Бостона» поодиночке вылетали в море на «свободную охоту» вдоль побережья Норвегии. Один из «Бостонов», пилотируемый старшим лейтенантом Н.И. Зайцевым, обследовал район островов Ингей и Ролвсёй, Снефьорда, Брейсунна и Маасфьорда, но кораблей противника не обнаружил и решил возвращаться на свой аэродром.
На обратном пути у входа в Порсангерфьорд Зайцев заметил справа по курсу разрывы зенитных снарядов и, повернув в сторону разрывов, увидел конвой противника в составе трех транспортов, миноносца, четырех сторожевых кораблей и четырех тральщиков, шедших курсом 80º. С воздуха конвой прикрывали два самолета Не-115 и один Ме-109. Корабли противника, видимо, вели огонь по другому самолету. Появление нашего торпедоносца было внезапным. Он с хода атаковал средний транспорт в 6000 т с высоты 30 м и дистанции 5 каб. При отходе от цели экипаж «Бостона» наблюдал взрыв на этом транспорте, столб дыма и огонь. И опять в «Справочнике потерь…» — «не вполне достоверно». Корабли противника безрезультатно обстреляли наш торпедоносец огнем зенитной артиллерии.
Другой «Бостон» дошел по маршруту до Гамвика и в 14 ч. 30 м. в районе мыса Слетнес обнаружил одиночный транспорт в 2000 т, шедший курсом 160º. Торпедоносец с высоты 25–30 м и дистанции 3–4 каб. сбросил торпеду, но она прошла за кормой транспорта и взорвалась, наткнувшись на берег. Остальные два «Бостона» встреч с противником не имели.
Последняя атака торпедоносцев в 1943 г. состоялась 28 ноября. В этот день три «Бостона» летали в море на «свободную охоту». «Бостон», пилотируемый майором С.К. Литвиновым, в 11 ч. 11 м. в Порсангерфьорде на рейде Кистранд атаковал торпедой с высоты 25 м и дистанции 8–10 каб. и потопил «не вполне достоверно» неприятельский транспорт в 10000 т.
Второй самолет, пилотируемый лейтенантом Н.И. Зайцевым, в 13 ч. 45 м. в районе Омганг с высоты 30 м и дистанции 3–4 каб. атаковал норвежский пароход «Лангнес», но торпеда прошла под целью не взорвавшись.
Третий «Бостон» возвратился на аэродром «вследствие плохих метеоусловий».
В 1943 г. торпедоносцы стали действовать тактически более грамотно и решительно. Существенно улучшилось их истребительное прикрытие, что было сделано за счет истребителей с увеличенной дальностью, полученных по ленд-лизу.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.