УСПЕХИ И НЕУДАЧИ 1943 ГОДА

.

К 1 января 1943 г. из 22-х экипажей Ил-4 2-го гвардейского полка лишь 8 были обучены низкому торпедометанию. За первых три месяца 1943 г. менее 25% боевых вылетов Ил-4 совершили с торпедами. Кроме традиционной постановки мин, разведки, бомбардировки портов противника и позиций наземных войск Ил-4 привлекались к доставке грузов крымским партизанам. Разумеется, последнее производилось с помощью парашютов.


Вот несколько примеров донесений действий торпедоносцев в I квартале 1943 г. 20 января «два самолета ДБ-3 вылетели на поиск транспортов противника у южного побережья Крыма. Один из них в 12 ч. 10 м. торпедой, сброшенной с дистанции 800 м с высоты 15 м, потопил неприятельский транспорт (около 3000 т) в районе озера Саки. Другой торпедоносец в 14 ч. 05 м. обнаружил в 10 милях к востоку от Овидиополя неприятельский конвой (4 транспорта, 3 баржи и сторожевой корабль) и сбросил по головному транспорту торпеду (с высоты 30 м, с дистанции 300 м), но торпеда потонула»{15}.
От себя добавлю, что достоверных данных о потоплении судна в 3000 т или иного нет. Вполне возможно, что торпеда попала в корпус какого-то ранее потопленного судна, стоявшего на мели.
22 января на поиск вражеских судов вылетели три Ил-4. Два из них, ведших поиск на коммуникации Одесса — Севастополь, из-за «сложной метеорологической обстановки» вернулись на аэродром с торпедами. А вот третьей машине, пилотируемой капитаном И.Н. Василенко, повезло. В 15 ч. 50 м. он обнаружил недалеко от Сулинского гирла Дуная транспорт с пришвартованной к нему баржой.
Вот как эта атака была описана в отечественной литературе: «22 января 1943 г. капитан И. Василенко поднял в воздух свой Ил-4 из состава 5-го гмтап для дальнего крейсерского полета. В течение 9 часов предстояло пройти по маршруту 2500 км, осмотреть коммуникации северо-западного района Черного моря, побывать у Севастополя, Очакова, Одессы, Сулины. Экипаж стартовал рано утром — с расчетом выполнить задание засветло. Погода для атаки была благоприятной, но для пилотирования и навигации машины — весьма сложной. Частые дождевые заряды, низкая облачность, сильный ветер, болтанка изматывали авиаторов. Обследовав район от Севастополя до мыса Тарханкут, направились через Каркинитский залив к Тендровской косе, затем к Одессе.
Вокруг — только чистое море, хотя полет длился уже шесть часов. Солнце медленно клонилось к закату. Заканчивался выделенный для крейсерства запас горючего, и штурман капитан Н. Андриенко напомнил командиру, что до своего аэродрома около трех часов полета. Но летчики все же решили дойти до Сулины. И не зря. На подходах к Сулинскому гирлу Дуная они обнаружили конвой, который уже начал втягиваться в устье реки, направляясь в порт. Мгновенно снизившись до высоты 20 м, торпедоносец устремился к одному из транспортов. Фашистские корабли заметили его и встретили ожесточенным огнем. Вслед ударила и береговая артиллерия. Самолет шел среди шапок разрывов и водяных столбов. Все это выглядело как в страшном сне. Но Ил-4 уже лег на боевой курс, и ничто не могло ему помешать. Цель — в центре визира. Когда до нее осталось 500 м, Андриенко сбросил торпеду. Маневрировать было поздно: вокруг корабли охранения и при развороте вся плоскость машины оказалась бы под прицельным огнем. Самолет пронесся над противником, поливая его свинцом из трех бортовых пулеметов.
Торпеда попала в цель и взорвалась. Транспорт загорелся и стал тонуть. Подошедшая к борту для оказания помощи баржа также запылала — очевидно, огонь перекинулся и на нее. Экипаж лег на курс к своему аэродрому, зафиксировав все происходящее на пленку. Однако победа далась нелегко — торпедоносец получил повреждения: пробита в нескольких местах штурманская кабина, с перебоями работал правый мотор. Ухудшилась и погода — прямо по курсу стояла низкая облачность, пришлось идти в полосе дождя при сильной болтанке. После двух часов полета стал хандрить и левый мотор. Летчик старался дотянуть до дома наикратчайшим путем. Когда до аэродрома оставалось 20 минут полета, правый мотор отказал. Торпедоносец начал терять высоту. Наступила ночь, видимость резко ухудшилась. Вести подбитую машину вслепую оказалось невозможным, и штурман проложил путь к ближайшей посадочной площадке — на мыс Пицунда. До берега дотянуть удалось, и летчик, используя только посадочную фару, сумел благополучно посадить самолет. За умелое выполнение боевого задания, мужество и героизм, проявленные в этом полете, капитан И. Василенко награжден орденом Красного Знамени, а штурман звена капитан Н. Андриенко — орденом Отечественной войны 1-й степени».
Эта же атака была описана в монографии «Венгерский торговый флот во Второй мировой войне» отставным капитаном Золтаном Петехази, имевшим доступ к венгерским архивам. «22 января теплоход «Колошвар» («Koloszvar») 1030 брт/1200 т в охранении двух немецких тральщиков типа «R» подошел к Сулинскому рейду, где намечалось формирование большого конвоя. Тральщики оставили судно на рейде и направились к Сулине. В это время на судне услышали пролет на небольшой высоте одиночного самолета, с которого что-то упало в воду. Это была авиаторпеда. С командирского мостика заметили след из воздушных пузырей, но сама торпеда была сброшена на расстоянии всего около 120 метров. Командир Дениш Добузи немедленно начал маневрировать, но катастрофы избежать уже не удалось. Торпеда попала в корму судна и взорвалась в машинном отделении. Погибла вся машинная команда и 7 немецких зенитчиков, которые находились у кормового орудия (20-мм зенитного автомата). Загорелась разлившаяся по воде нефть, и корма в одно мгновение была охвачена огнем. Капитан и старший помощник сразу занялись размещением уцелевших членов экипажа в спасательных шлюпках, чтобы покинуть полностью охваченное огнем судно. Корпус теплохода весь выгорел. То, что осталось, позже было отбуксировано на верфь «Ганц Данубиус» в Будапеште. Было найдено только тело главного механика, которое было похоронено на Сулинском кладбище. Из 34 человек экипажа погибли 14 венгров и 7 немцев».
Итак, никакого моря зенитного огня не было, стрелял только один кормовой 20-мм автомат «Эрликон». За баржу у борта летчики приняли спасательную шлюпку. Тем не менее «Колошвар» стал единственной достоверно подтвержденной потерей противника за три первых месяца 1943 г.
Несколько последующих полетов Ил-4 с торпедами были безрезультатны.
В течение дня 12 февраля торпедоносец-охотник Ил-4 вел поиск плавсредств противника на коммуникациях Крыма, но, не найдя их, возвратился на аэродром с торпедой. В тот же день три Ил-4 вылетели для сбрасывания грузов крымским партизанам в районе Ялты, но цель была закрыта облачностью, поэтому самолеты сбросили шесть мешков с грузом по расчету времени, после чего бомбардировали Алушту.
Днем 23 февраля торпедоносец Ил-4 сбросил торпеду на танкер противника в районе мыса Сарыч. Торпеда прошла в 25 м от танкера и взорвалась на берегу.
11 марта днем два торпедоносца-охотника Ил-4 вели поиск на коммуникациях Крыма. Один из них не обнаружил противника и возвратился, а второй, которым командовал лейтенант В.И. Минаков, сбросил торпеды по барже в Ялте. Это был остов стоявшей на мели румынской баржи «Саоне», но из-за мелководья торпеда зарылась в грунт.
27 марта воздушная разведка донесла об обнаружении вражеского конвоя. На уничтожение судов противника вылетели четыре Ил-4. В 15 ч. 35 м. в районе мыса Тарханкут они обнаружили конвой в составе двух транспортов (по 3000–4000 т), двух тральщиков и четырех сторожевых катеров под прикрытием двух самолетов («Гамбург-140»[10] и Не-113). Первая пара Ил-4 с высоты 30 м и дистанции 3–4 каб. сбросила торпеды по головному транспорту, и он начал тонуть. Вторая пара самолетов сбросила торпеды по другому транспорту, но в цель не попала. Увы, ни одно германское судно в этот день не было потоплено или повреждено.
28 марта с 11 ч. 10 м. до 17 ч. 00 м. четыре Ил-4 летали в квадрат 1565 для уничтожения транспортов противника, засеченных там воздушной разведкой, но ничего не обнаружили. В 14 ч. 33 м., уже на обратном пути, в 3–4 км от мыса Сарыч торпедоносцы обнаружили 4 быстроходные десантные баржи и сбросили на них торпеды, но не попали. Из германских источников выяснилось, что этот «конвой» состоял из буксира, ведшего за собой лихтер, оба судна были не вооружены.
31 марта наша воздушная разведка обнаружила большой немецкий конвой в районе мыса Лукулл в составе транспорта, двух эсминцев, двух быстроходных десантных барж и одного катера. На самом деле конвой состоял из маленького танкера «Дрезден» вместимостью всего 140 брт и трех сторожевых катеров. На перехват конвоя вылетели четыре Ил-4 с бомбами и, возможно, торпедами. Катера открыли зенитный огонь и подбили машину капитана В.Н. Беликова. По донесению экипажа, Ил-4 спикировал на «транспорт вместимостью 2000 брт», после чего на судне наблюдался сильный взрыв и клубы дыма.
Увы, танкер «Дрезден» оказался цел и невредим, позже он еще несколько раз был «потоплен» нашей авиацией и подводными лодками, и, наконец, в мае 1944 г. немцы перевели его через Проливы в Эгейское море, где в сентябре 1944 г. его захватили англичане.
Апрель 1943 г. ознаменовался плохой погодой на всем Черном море. Поэтому полеты торпедоносцев стали весьма редкими. Любопытный эпизод произошел 9 апреля недалеко от Констанцы. Там самолет Ил-4, приблизившийся к германскому конвою, был атакован… гидросамолетом «Гамбург-140» и отогнан.
В апреле 1943 г. командование ВВС стало чаще применять комбинированные атаки конвоев — одновременно торпедоносцами и бомбардировщиками. Так, 10 апреля в 13 ч. 25 м. самолет-разведчик обнаружил на расстоянии 5 миль юго-западнее Евпатории конвой в составе танкера (водоизмещением 500 т) и трех сторожевых катеров, которые с воздуха прикрывали гидросамолеты «Гамбург-140». Ближе к вечеру на перехват конвоя вылетели два Ил-4 с бомбами и два Ил-4 с торпедами. Обнаружив конвой, самолеты сбросили бомбы и торпеды. Бомбардировщики достигли прямого попадания в носовую часть танкера, а торпеды прошли мимо. На самом же деле в конвое были германский танкер «Продромос» и румынские канонерские лодки «Гикулеску» и «Стихи». Ни одно из этих судов не получило никаких повреждений.
Эта история повторилась и 17 апреля, когда самолеты 5-го гвардейского авиаполка — три Ил-4 с бомбами и два Ил-4 с торпедами — с 12 ч. 05 м. до 12 ч. 15 м. в районе Симеиза нанесли удар по вражескому конвою (две баржи и четыре сторожевых катера). Торпеды в цель не попали, а бомбы (30 ФАБ-100) рвались в 20–200 м от барж. На обратном пути один Ил-4 произвел вынужденную посадку на воду в 45 милях южнее Анапы. С 16 ч. 14 м. до 19 ч. 38 м. один Ил-4, два МБР-2 и один Че-2 вели поиск экипажа этого самолета, но не обнаружили его.
В тот же день два Ил-4 того же полка сбросили 8 мешков грузов и 10 тысяч листовок крымским партизанам.
Позже последовало несколько вылетов, когда торпедоносцы попросту не могли найти цели, заранее обнаруженные воздушной разведкой.
В конце апреля 1943 г. в 5-м гвардейском минно-торпедном авиаполку начались ротации кадров: часть летчиков перевели на Тихоокеанский флот, а оттуда прибыли летчики, не имевшие боевого опыта. По мнению некоторых историков, из-за этого «почти на два месяца вылеты прекратились»{16}.
На самом же деле полеты продолжались. Так, 9 мая с 9 ч. 50 м. до 16 ч. 30 м. два самолета Ил-4 с торпедами и три Ил-4с бомбами вылетали для удара по конвою противника в район Херсонесского маяка. Один из этих самолетов из-за неисправности матчасти вынужден был вернуться на свой аэродром, так и не обнаружив противника. На обратном пути он безрезультатно сбросил торпеду на танкер противника в 500т в 10 милях южнее м. Айтодор. Другой Ил-4 отказался от атаки и возвратился на аэродром с торпедой. Самолеты были обстреляны из двух орудий и автоматов с танкера.
Другой вопрос, что ни в апреле, ни в мае, ни в июне торпедоносная авиация не только не потопила, но даже и не повредила ни одного вражеского судна. В связи с этим 24 июня нарком ВМФ Н.Г. Кузнецов «указал Военному Совету Черноморского флота, что самолеты-бомбардировщики и торпедоносцы флота, вылетающие поданным воздушной разведки для бомбардировки неприятельских конвоев, довольно часто не находят противника и сбрасывают бомбы на запасные цели, что только за последних 5 дней было 3 таких случая. Народный Комиссар приказал: 1) тщательно проверить и доложить причины безуспешных вылетов бомбардировщиков; 2) обратить внимание на правильность расчетов при вылетах на бомбардировку плавучих средств противника; 3) проверить методы поиска неприятельских плавучих средств»{17}.
Вскоре была произведена очередная реорганизация. 9 июля 1943 г. приказом наркома за № 0528 63-я авиабригада была переформирована в 1-ю минно-торпедную авиационную дивизию. Ее ударной силой стали торпедоносцы Ил-4 из 5-го гмтап и бомбардировщики «Бостон» из 36-го мтап.
К 1 июля 1943 г. в 5-м гмтап низкому бомбометанию было обучено 23 экипажа из 25, состоявших в полку.
Однако ни грозные приказы наркома, ни реорганизации не помогли. Успехов по-прежнему не было. Характерный эпизод случился 18 июля. С 16 ч. 25 м. до 22 ч. 57 м. пять самолетов Ил-4 летали бомбардировать два транспорта, шесть быстроходных десантных барж, неопознанное судно и сторожевой катер, обнаруженные воздушной разведкой. В 19 ч. 40 м. самолеты в 65 милях западнее мыса Лукулл бомбардировали конвой. Один из транспортов был зажжен, а сторожевой катер потоплен. Противник противодействовал сильным огнем зенитной артиллерии.
С 18 ч. 35 м. до 23 ч. 56 м. для атаки этого же конвоя летали три торпедоносца Ил-4. В 21 ч. 05 м. два Ил-4 в 55 милях западнее мыса Лукулл сбросили торпеды на транспорт, но безуспешно. В то же время наши самолеты были атакованы неприятельским самолетом Do-24.
Третий торпедоносец Ил-4 из-за сильной дымки транспортов не нашел и возвратился с торпедой на аэродром.
В 20 ч. 25 м. на бомбардировку этого конвоя летали еще два Ил-4, но конвоя не нашли и в 23 ч. 50 м бомбардировали запасную цель — Евпаторию. Разрывы бомб экипажи наблюдали в северо-восточной части порта. В 22 ч. 10 м. для бомбардировки конвоя противника вылетели четыре самолета 36-го мтап. Увы, в этот день германские суда потерь не имели.
В 7 часов утра 1 августа самолет-разведчик обнаружил в районе Тарханкута германский конвой в составе четырех транспортов, трех тральщиков и двух быстроходных десантных барж, шедших курсом на Евпаторию. На перехват конвоя вылетели три торпедоносца Ил-4. Однако ведущий звена ухитрился взлететь со струбциной[11] на элероне. Ведущий развернулся и кое-как посадил машину, а ведомые последовали за ним, вместо того чтобы лететь на задание самостоятельно. Радиостанции имелись на всех Ил-4, поэтому посадку ведомых можно объяснить обычной бестолковостью. Предполагать, что им просто не хотелось лететь, я не рискую.
Позже еще два торпедоносца Ил-4 вылетели к конвою. В 10 милях юго-западнее Евпатории они обнаружили 4 транспорта, эсминец, 2 быстроходные десантные баржи, 4 тральщика и 4 сторожевых катера. В 10 ч. 32 м. самолеты сбросили две торпеды на стоявшие транспорты и один из них (в 6000 т) потопили. Зенитная артиллерия противника и пять самолетов Me-109 противодействовали нашим самолетам. Один Me-109 был сбит в воздушном бою.
На самом же деле ни одно германское судно не было ни потоплено, ни повреждено. Почти одновременно с Ил-4 этот конвой атаковали 10 бомбардировщиков «Бостон» из 36-го мтап. Они тоже не добились успеха, а один «Бостон» был сбит четверкой Me-109.
7 августа в 4 ч. 50 м. торпедоносцы Ил-4 вылетели на поиск конвоя противника, обнаруженного 6 августа севернее мыса Херсонес. Самолет-разведчик, отметивший в 40 милях восточнее Сулины три транспорта, два миноносца и восемь сторожевых катеров противника, по радио навел на них наши самолеты. В 7 ч. 33 м. звено Ил-4 атаковало и потопило транспорт в 3000 т. Второе звено безуспешно атаковало транспорт в 3000 т. При этом наши самолеты были безрезультатно атакованы одним самолетом Ga-140.
На самом же деле вместо транспорта в 3000 т была атакована румынская канонерка «Гикулеску», но две торпеды прошли мимо нее.
10 августа транспорты «Boy Federsen»[12] и «Варна» следовали в конвое в охранении румынских эсминцев «Regina Maria» и «Maresti», минного заградителя «Admiral Murgescu», канонерской лодки «Dumitrescu» и нескольких сторожевых катеров. В 15 ч. 38 м. конвой был обнаружен советским разведчиком в 10 милях западнее Качи. С 18 ч. 11 м. до 18 ч. 37 м. этот конвой был атакован шестью торпедоносцами Ил-4 5-го гмтап и тремя бомбардировщиками «Бостон» из 36-го мтап. Однако ни одна бомба или торпеда не попали во вражеские корабли.
В 19 ч. 45 м. подводная лодка Д-4 обнаружила этот конвой и выпустила по транспорту «Boy Federsen» четыре торпеды с дистанции 12 каб., но ни одна торпеда в цель не попала.
В 20 ч. 22 м. конвой был атакован тремя торпедоносцами Ил-4. Румынские зенитчики с канонерки сбили один Ил-4, но «Boy Federsen» получил торпеду в середину правого борта. В 20 ч. 30 м. два «Бостона» сбросили бомбы на злосчастный «Boy Federsen», но не попали. В 20 ч. 45 м. еще один Ил-4 сбросил торпеду и попал в «Boy Federsen», над судном поднялся высокий столб дыма.
Немцы взяли «Boy Federsen» на буксир, но на следующий день в 23 ч. 12 м. (по германскому времени) он затонул в точке с координатами ш. = 44°58'; д. — 33°05' на глубине 91 м.
Замечу, что «Boy Federsen» — это бывший советский пароход «Харьков» (вместимостью 6689 брт). В августе 1941 г. при оставлении Николаева пароход был подорван в порту, но немцы его подняли и ввели в строй. «Boy Federsen» стал самым крупным вражеским судном, потопленным советской авиацией на Черном море за всю войну.
27 августа в 10 ч. 54 м. шесть Ил-4 вылетели для нанесения удара по транспорту противника, обнаруженному воздушной разведкой на коммуникации Сулина — Одесса. В 13 ч. 50 м. в точке с координатами ш. = 45º35'; д. = 30°40' самолеты обнаружили транспорт в 6000 т и три сторожевых корабля, шедших курсом 35°, и в 14 ч. 00 м. атаковали конвой. Летчики наблюдали попадание двух торпед в транспорт и двух торпед — в сторожевой корабль, который взорвался и потонул. Транспорт, объятый пожаром, остался на плаву. Наши самолеты были обстреляны сильным зенитным артиллерийским и пулеметным огнем со сторожевых кораблей. В «Справочнике потерь…» о повреждении этого транспорта и потоплении сторожевого корабля сказано: «Не вполне достоверно», то есть в переводе на русский — торпеды опять не попали в цель.
Любопытна запись в «Хронике…» за 30 августа: «С 16 ч. 55 м. до 23 ч. 05 м. два самолета Ил-4 (5 гв. ап) летали на поиск и для атаки транспорта противника на выходе из пролива Босфор, но вследствие того, что транспорт не вышел, самолеты по радио были возвращены из района 65 миль северо-восточнее Босфора»{18}. Это свидетельствует об оперативной работе советской агентуры в Константинополе и его окрестностях.
5 сентября с 14 ч. 25 м. до 16 ч. 35 м. семь самолетов-торпедоносцев Ил-4 летали в район 120 миль западнее Херсонесского маяка для атаки вражеского конвоя. Из них три Ил-4 в 16 ч. 48 м. в точке с координатами ш. = 44°32'; д. = 31º37' обнаружили конвой — транспорт в 5000 т, шедший в охранении эсминца, тральщика и сторожевых кораблей курсом 90, и сбросили на конвой три торпеды. Из-за сильного зенитно-артиллерийского огня с кораблей охранения и атак двух Me-109 и одного гидросамолета «Гамбург-140» результат атаки летчики не смогли наблюдать.
Два Ил-4 в 18 ч. 00 м. обнаружили этот же конвой в 72 милях западнее Херсонесского маяка и в 18 ч. 12 м. атаковали транспорт в 5000 т. По донесению летчиков, транспорт потонул. Противник противодействовал сильным огнем зенитной артиллерии. При посадке на аэродром один Ил-4 был поврежден. Два Ил-4 не нашли противника и возвратились на аэродром с торпедами.
Увы, в «Справочнике потерь…» вновь следует фраза: «Потоплен транспорт в 5000 т — не вполне достоверно».
К середине сентября 1943 г. активность советских торпедоносцев увеличилась. Так, 16 сентября в 12 ч. 40 м. два торпедоносца Ил-4 5-го гмтап в сопровождении восьми истребителей 11-го гвардейского авиаполка вылетели для уничтожения неприятельского конвоя, обнаруженного воздушной разведкой в районе мыса Такиль. В 13 ч. 45 м. они обнаружили транспорт в 600 т, две быстроходные десантные баржи, два буксира, две баржи, тральщик и три сторожевых катера и сбросили две торпеды по транспорту, но попаданий не достигли.
С 14 ч. 05 м. до 18 ч. 30 м. самолет 30-го pan вел доразведку неприятельского конвоя, обнаруженного в 12 ч. 50 м. на коммуникации Севастополь — Сулина. В 14 ч. 50 м. четыре торпедоносца «Бостон» 36-го авиаполка в сопровождении двух бомбардировщиков вылетели для уничтожения этого конвоя. В 19 ч. 05 м. они обнаружили транспорт в 3000 т, два транспорта по 1500 т, три сторожевых катера и более 10 мелких плавсредств под прикрытием двух гидросамолетов «Гамбург -140». В 19 ч. 10 м. три самолета сбросили три торпеды по транспортам, но в цель не попали. Летчик старший лейтенант Рукавицын, не сбросивший торпеду, в 19 ч. 18 м. произвел повторную атаку по транспорту в 3000 т и потопил его. Противник вел сильный огонь по нашим самолетам. Два гидросамолета «Гамбург-140» вели бой с нашими самолетами прикрытия и противодействия торпедоносцам не оказывали.
В 15 ч. 15 м. два торпедоносца Ил-4 вылетели на поиск вражеских транспортов на коммуникации Севастополь — Сулина, но не обнаружили их и в 20 ч. 15 м. сели с торпедами на аэродром Геленджик.
Но и в этот день ни одна наша торпеда на самом деле в цель не попала.
18 сентября в 14 ч. 50 м. четыре торпедоносца «Бостон» в сопровождении двух бомбардировщиков вылетели для уничтожения конвоя, вышедшего из Одессы. Один из самолетов из-за неисправности мотора возвратился на аэродром с торпедой, а остальные в 18 ч. 30 м. атаковали три транспорта противника по 3000 т в 25 милях юго-западнее Днестровского лимана. Летчик старший лейтенант Рукавицын и штурман лейтенант Поярков повредили торпедой транспорт, который выбросился на мель. Один из атакующих самолетов был подбит во время атаки, загорелся и упал в озеро Шаганы, экипаж погиб.
Немецкие источники не подтверждают гибель или тяжелое повреждение транспорта.
19 сентября в 12 ч. 15 м. три торпедоносца Ил-4 5-го гмтап вылетели для удара по конвою в районе маяка Фидониси. В 15 ч. 00 м. в 5 милях юго-восточнее косы Тузла они обнаружили неприятельский конвой — два транспорта в 600–700 т, четыре быстроходные десантные баржи и два тральщика.
Тут можно предоставить слово участнику операции В.И. Минакову: «Стартуем. Справа от меня летит Дурновцев, слева Ковтун. Пилотирование машин на малой высоте затрудняет болтанка, однако ведомые держат строй уверенно. Подниматься не имеет смысла: скоро район цели.
Конвой обнаружили на встречном курсе. Сигналом подаю команду: разойтись для атаки! Сам, чуть задержавшись, захожу под углом тридцать-сорок градусов к направлению движения транспорта. Расчет на то, что, уклоняясь от атаки ведомых, он подставит мне борт.
Не тут-то было. Дурновцев и Ковтун оттянулись назад и продолжают лететь со мной. Не поняли команды? Под огнем зениток эволюциями самолета вновь указываю — атаковать с разных направлений. Они по-прежнему идут за мной.
Выйти из атаки и повторить все сначала? Нет, тут не полигон. Противовоздушная оборона конвоя издали разгадает маневр, и потерь не миновать.
Не знаю, как объяснили себе гитлеровцы наше намерение — торпедировать транспорт с носовых углов, но маневрировать не стали.
Довернув вправо, чтобы увеличить угол атаки, иду на сближение. Огонь усиливается. Подключаются «эрликоны», пулеметы. Сзади заходят два самолета противника, прикрывающие конвой. — Сброс! Ведомые делают то же.
Транспорт круто поворачивает на торпеды. Наша ошибка очевидна.
Маневрируя, выхожу из зоны огня. Досаде нет предела. Черт знает что! Будто за тем и летали, чтобы нам насажали дырок…
— Панов, доложи на командный пункт: цель уклонилась. Пошлют других. Нельзя же позволять разгуливать по морю обнаруженному конвою.
На земле мрачно осведомляюсь у ведомых, почему не выполнили команды.
— Думали, групповой удар…
— А сигналы?
Пожимают плечами: не поняли, было не до того… И ведь не новички, особенно Ковтун. Привыкли действовать по шаблону.
— Ну ладно, ждите. Научат вас понимать!
Меня — тем более, как готовить подчиненные экипажи, разрабатывать предварительный замысел. Самонадеянность…»{19}
22 сентября советское командование впервые на Черном море решило применить высокие торпеды. В 6 ч. 15 м. утра самолет-разведчик в 10 милях юго-западнее озера Донузлав обнаружил два транспорта, буксир, неопознанное судно и четыре сторожевых катера. В 15 ч. 45 м. на перехват конвоя вылетели четыре Ил-4, из которых три были с низкими, а один — с высотными торпедами. Их сопровождали пять «Бостонов», из которых три выполняли функции бомбардировщиков, а два — истребителей.
Согласно германским источникам, три низких торпедоносца атаковали румынский минный заградитель «Admiral Muigescu» водоизмещением 812 т, вооруженный двумя 102-мм и двумя 37-мм пушками. Румыны открыли заградительный огонь из 102-мм пушек дистанционными гранатами, который вынудил два Ил-4 сбросить торпеды на дистанции 4–5 км, то есть на расстоянии, где вероятность промаха свыше 95%. По этой причине третий Ил-4 торпеду не сбросил. Ведущий ударной группы капитан Н.Д. Саликов сбросил парашютную торпеду с высоты 700 м, но немцы ее даже не заметили. Затем на конвой с высоты 1800 м сбросили шесть бомб ФАБ-250 три «Бостона».
По прибытии на аэродром летчики доложили, что торпеды поразили транспорт водоизмещением 3000 т, который вскоре переломился и затонул в 15 милях к востоку от мыса Оленька. Увы, конвой — минный заградитель «Amiral Murgescu», танкер «Продромос», катерные тральщики R-165 и R-205, а также охотники Uj.2301, Uj.2302 и Uj.2304 — не имел ни потопленных, ни поврежденных судов.
Под 28 сентября 1943 г. «Хроника…» помещает следующее сообщение: «В 11 ч. 00 м. шесть самолетов-торпедоносцев (36 ап, ведущий — майор Фокин) вылетели для удара по плавучим средствам противника в порту Констанца. Самолеты сбросили 6 торпед по неприятельским судам. Майор Фокин попал в транспорт в 10 000 т». По сообщению — это эффективный налет, а фактически — «развесистая клюква», о которой молчит даже «Справочник потерь…».
7 октября три низких торпедоносца Ил-4 и два высотных Ил-4 вылетели с аэродрома Геленджик на поиск ранее обнаруженного 30-м разведывательным авиаполком конвоя. К цели все торпедоносцы шли на высоте 1500 м. В 150 милях юго-западнее мыса Тарханкут они обнаружили конвой в составе танкера «Продромос» и пяти однотипных катерных тральщиков R-165, R-196, R-102, R-206 и R-216 (водоизмещение тральщиков 128 т, скорость 23 узла, вооружение: одна 37-мм пушка и два 20-мм автомата). Конвой прикрывал гидросамолет «Гамбург-140» (BV-138).
Низкие Ил-4 снизились до высоты 50 м, а высотные поднялись до 2000 м. Германские 37-мм автоматы открыли огонь с предельной дистанции[13] 3000 м. В 12 ч. 15 м. три низких Ил-4 сбросили торпеды на дистанции 2500 м от танкера.
Однако «Продромосу» удалось уклониться от торпед. Экипаж Ил-4 (пилоты лейтенант Ковтун, капитан Павлов и лейтенант Алексеев) «перескочили» через танкер и отвернули влево. Одновременно с низким Ил-4 высотные Ил-4 сбросили на парашютах две торпеды, которые раскрылись на высоте около 1800 м. Высотные торпеды приводнились примерно в 1000 м за запад от танкера. Одна из высоких торпед через 10 секунд взорвалась, ударившись о грунт на глубине около 45 м, вторая ушла в неизвестном направлении. «Экипажи Ил-4 наблюдали взрыв танкера, который окутался клубами черного дыма»{20}. В «Хронике…» сказано: «поврежден танкер и потоплен тральщик». На самом деле обе стороны «разошлись красиво», не причинив друг другу вреда. Кстати, иного выхода и быть не могло — сброс торпед с дистанции 2500 м по малоразмерной цели — гарантия промаха. Что же касается высоких торпед, то они относительно эффективны по большому числу крупных транспортов в компактном ордере, а не по маленькому танкеру и катерным тральщикам.
17 октября в 11 ч. 23 м. два низких Ил-2, летевших в режиме «свободной охоты», в 15 милях западнее Тарханкута с дистанции 400 м с высоты 30 м сбросили две торпеды на неприятельский транспорт в 3000 т, шедший в составе конвоя (до 40 мелких судов). Экипажи наблюдали два прямых попадания. Поданным аэрофотосъемки, был потоплен неприятельский транспорт в 3000 т.
В 13 ч. 00 м. пять торпедоносцев Ил-4 5-го гмтап вылетели для удара по этому же конвою. В 2 км западнее мыса Тарханкут они обнаружили четыре сухогрузных баржи и свыше 70 мелких судов. В 15 ч. 36 м. самолеты сбросили на конвой
5 торпед и потопили две баржи. Артиллерия и пулеметы противника вели сильный огонь по самолетам, в результате чего один Ил-4 получил 31 пробоину.
В действительности это был конвой «Колумбус», состоявший из быстроходных десантных барж 3-й десантной флотилии, паромов типа «Зибель» и малых катеров инженерных войск, которые производили эвакуацию германских войск с Таманского полуострова. Головная баржа F-418 (водоизмещение около 280 т, скорость хода 7,5–10 уз.) во время первого налета получила попадание торпедой в кормовую часть, потерь в личном составе не было. Баржа F-418 была отбуксирована к берегам Крыма, но восстанавливать ее немцы не стали, а бросили на мели у Ак-Мечети. А второй налет был вообще безрезультатен.
19 октября в 6 ч. 55 м. два торпедоносца 5-го гмтап вылетели на поиск плавсредств противника на его коммуникациях в северо-западной части Черного моря. В 9 ч. 37 м. они обнаружили в 2 милях южнее мыса Тарханкут 4 сухогрузные баржи и до 30 мелких судов. В 9 ч. 44 м. с высоты 25 м и дистанции 500 м самолеты сбросили торпеды на две баржи и наблюдали попадания торпед и взрыв обеих барж (в 1400–1600 т). На отходе от цели торпедоносцы были атакованы двумя Me-110. Один Ил-4 не вернулся на аэродром.
На самом же деле потерь у немцев в этот день не было.
На следующий день, 20 октября, с 6 ч. 20 м. до 12 ч. 15 м. два торпедоносца Ил-4 5-го гмтап вели поиск судов противника на коммуникации Севастополь — Одесса — Сулина, но ничего не обнаружили и возвратились на аэродром с торпедами. В районе Днестровского лимана они вели бой с одиночным Ju-88, но безуспешно.
31 октября неуязвимый германский танкер «Продромос» был в 9-й раз за 1943 г. атакован советскими торпедоносцами[14]. Сейчас он шел в составе конвоя с малым транспортом КТ-25, четырьмя быстроходными десантными баржами, охотником за подводными лодкам «Ксантен» и катером-тральщиком R-208. В 9 ч. 30 м. авиационная разведка обнаружила конвой в 68 милях восточнее Сулины. В 11 ч. 00 м. с аэродрома в Геленджике для атаки конвоя были подняты четыре низких и три высотных Ил-4. В полете один низкий торпедоносец отстал и вернулся на аэродром. Мало того, низкие и высотные Ил-4 потеряли друг друга из виду и обнаружили конвой с 40-минутным интервалом.
Три высотных Ил-4 обнаружили конвой в 14 ч. 40 м. в 20 милях восточнее Сулины. Самолеты с высоты 800 м сбросили торпеды в 3000 м от выбранной ими главной цели, которую экипажи идентифицировали как транспорт в 2000 т. Это был злосчастный «Продромос». Охотник «Ксантен» сбросил в точке приводнения торпеды глубинные бомбы, после чего наблюдалось два сильных взрыва, а через некоторое время — одна шедшая по поверхности торпеда. Летчики-«высотники» утверждали, что они потопили R-208, но, увы, это им только показалось.
В 15 ч. 20 м. появились низкие Ил-4, но единственный круживший над конвоем Me-110 пошел в атаку, и торпедоносцы немедленно развернулись назад и вернулись на свой аэродром с торпедами.
А неуязвимый «Продромос» погиб лишь 9 мая 1944 г. Германское сухопутное командование не сообщило вовремя кригсмарине, что советские войска заняли Северную сторону Севастополя. В результате танкер вошел в Большую Севастопольскую бухту и попал под огонь наших самоходок.
26 сентября 1943 г. войска Южного фронта начали Мелитопольскую операцию и к 1 ноября блокировали в Крыму 17-ю германскую армию. Командование армии предложило Ставке эвакуировать Крым, но Гитлер категорически приказал отстаивать полуостров до конца. В отличие от наших гениальных адмиралов, которые до сих пор ссылаются на приказ Буденного «Переправы на Кавказ не будет», и посему даже не рассматривали планы эвакуации защитников Севастополя летом 1942 г., германское же сухопутное и морское командование, начиная с лета 1943 г., тщательно готовило планы эвакуации Крыма. Понятно, что среди личного состава 17-й армии распространялись агитки «а-ля Буденный» — драться до последней капли крови и т. д.
Итак, с ноября 1943 г. Крым снабжался исключительно по морю (объем перевозок военно-транспортной авиацией в процентном отношении был крайне мал).
Во исполнение распоряжения Ставки Верховного главнокомандования от 4 ноября 1943 г. за № 30237 (воспрепятствовать противнику эвакуироваться из Крыма) командующий флотом приказал к 10 ноября перебазировать на аэродромы в район Скадовска авиационную группу флота в составе десяти самолетов Пе-2, десяти Ил-4, тридцати истребителей и тридцати Ил-2.
9 ноября с 12 ч. 50 м. до 17 ч. 30 м. два торпедоносца Ил-4 5-го гмтап летали для уничтожения транспорта противника, обнаруженного авиаразведкой в 12 ч. 15 м. в составе конвоя. В 15 ч. 30 м. в районе Евпаторийского маяка самолеты обнаружили две быстроходные десантные баржи, два буксира, три баржи и три сторожевых катера, но из-за малоценности объектов от атак отказались и с торпедами возвратились на аэродром[15].
Вопрос о «малоценности» более чем спорный, особенно в свете приказа Ставки за № 30237.
13 ноября в 7 ч. 20 м. два торпедоносца Ил-4 5-го гмтап вылетели на поиск плавсредств противника на коммуникации Севастополь — Тарханкут — Сулина. В 11 ч. 00 м., по данным радиоперехвата с земли, в 30 милях северо-западнее Тарханкута они обнаружили неприятельский конвой в составе двух транспортов, шести барж и восьми сторожевых катеров. В 11 ч. 05 м. с высоты 25 м и дистанции 350–400 м торпедоносцы атаковали и потопили транспорт в 1500 т. Корабли охранения вели сильный огонь, два гидросамолета «Гамбург-140» пытались атаковать наши самолеты, но были отогнаны огнем кормовых стрелков.
В 11 ч. 09 м. два самолета-торпедоносца Ил-4 5-го гмтап, поданным авиаразведки, вылетели для уничтожения вражеских транспортов, обнаруженных в 30 милях северо-западнее Тарханкута. В 14 ч. 10 м. в точке с координатами ш. = 45º55'; д. = 31º36' с дистанции 420 м и с высоты 20 м они потопили двумя торпедами транспорт в 1500 т. Вражеская зенитная артиллерия, а также два самолета Me-110 и один «Гамбург-140» противодействовали нашим самолетам. Один Ил-4 получил 14 осколочных пробоин.
И опять летчикам «показалось». Даже в «Справочнике потерь…» за 13 ноября нет ни потопленных, ни поврежденных судов. —
15 ноября два торпедоносца Ил-4, летавшие на «свободную охоту», в 10 ч. 50 м. в 40 милях юго-восточнее Бурнаса обнаружили танкер в 1500 т в охранении двух сторожевых катеров под прикрытием самолета Do-24 и в 10 ч. 52 м. безуспешно сбросили на танкер с дистанции 350 м и высоты 25 м две торпеды.
Конвой состоял из транспортов «Данубиус» и «КТ-25», румынских канонерок «Стихи» и «Думитреску», немецких охотников «Розита», KFK-11 и KFK-12.
В 11 ч. 25 м. семь низких торпедоносцев Ил-4 5-го гмтап (ведущий — капитан Лобнов, штурман — старший лейтенант Григорьев) вылетели для удара по транспортам противника, обнаруженным в 10 милях от мыса Бурнас. Один из наших самолетов из-за неисправности мотора через 5 минут возвратился на аэродром. В 14 ч. 35 м. — 14 ч. 45 м. пять Ил-4 с дистанции 300 м и высоты 30 м сбросили 5 торпед на головной транспорт конвоя. Шестой самолет по техническим причинам не смог сбросить торпеду.
Один из «Илов» был сбит огнем канонерки «Думитреску». Летчики доложили о потоплении транспорта в 3000 т, но начальство все поняло сразу и даже не занесло их «жертву» в «Справочник потерь…».
Далее следует хроника «охотничьих рассказов». 18 ноября три Ил-4 потопили транспорт в 1500 т. 19 ноября один Ил-4 (летчик — капитан Громов) с высоты 25 м и дистанции 600 м потопил транспорт в 3000 т. 20 «Бостон» потопили одну и повредили еще одну наливную баржу. 21 ноября три торпедоносца «Бостон» потопили транспорт в 3000 т. И т. д. и т. п. Но, увы, подтверждения этим успехам нет даже в «Справочнике потерь…»
Попробуем подвести итоги деятельности торпедоносцев на Черноморском флоте в 1943 г.:
*Квартал года … Число вылетов / Число атак … Расход торпед … Потеряно Ил-4
I … 82 / 8 … 8 … 1
II … 16 / 7 … 7 … 1
III … 78 / 34 … 37 … 2
IV … 130 / 38 … 36 … 2
Итого … 306 / 87 … 88[16] … 6
Потери Ил-4 приведены только в ходе вылетов с торпедами. Вражеские потери составили два транспорта и одну быстроходную десантную баржу.
В целом потрем флотам за 1941–1943 гг. включительно было израсходовано и утеряно 526 авиационных торпед. В свою очередь ВМФ получил от промышленности в 1941 г. 313 торпед, в 1942 г. — 98 и в 1943 г. — 100 торпед. Кроме того, за счет комплектующих элементов на складах была собрана еще 61 авиаторпеда. Таким образом, общее поступление новых торпед превысило их расход.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.